Спартак - это мифический персонаж.

[Eric007]

Правда, тут Плутарх несколько противоречит Аппиану:
«Намереваясь занять один из окрестных холмов, он отрядил туда шесть тысяч человек с приказанием сделать все возможное, чтобы пробраться незаметно. Стараясь ничем себя не обнаружить, люди эти прикрыли свои шлемы. Тем не менее, их увидели две женщины, приносившие жертвы перед неприятельским лагерем, и отряд оказался бы в опасном положении, если бы Красс не подоспел вовремя и не дал врагам сражения - самого кровопролитного за всю войну. Положив на месте двенадцать тысяч триста неприятелей, он нашел среди них только двоих, раненных в спину, все остальные пали, оставаясь в строю и сражаясь против римлян.»*
То есть, никакого «избиения младенцев» на самом деле не было. Это был жестокий бой не на жизнь, а на смерть.
Это же подтверждает и Луций Анней Флор: «Позднее они решили пробиться и пали смертью, достойной воинов. Сражались не на жизнь, а на смерть.» *
По версии Гая Веллея Патеркула войско Спартака насчитывало не более 49 тыс. человек.*
Если принять его версию как факт, то становится ясно, почему Спартак не пошёл на Рим. Штурмовать Рим с таким войском, было бы смерти подобно, а поворачивать обратно к Альпам было так же смертельно опасно т.к. из Испании к Риму двигался со своим войском Помпей – один из самых блестящих полководцев своего времени. В этом случае, бегство на Сицилию могло лишь на время дать передышку армии Спартака, но разгром всё равно был неизбежен. По видимому это понимал и сам Спартак.И вот наступает развязка. По версии Плутарха:
«… когда Спартак обернулся против римлян, они бежали без оглядки и едва спаслись, с большим трудом вынеся из битвы раненого квестора. Этот успех и погубил Спартака, вскружив головы беглым рабам. Они теперь и слышать не хотели об отступлении и не только отказывались повиноваться своим начальникам, но, окружив их на пути, с оружием в руках принудили вести войско назад через Луканию на римлян. Шли они туда же, куда спешил и Красс, до которого стали доходить вести о приближавшемся Помпее; да и в дни выборов было много толков о том, что победа над врагами должна быть делом Помпея: стоит ему явиться - и с войной будет покончено одним ударом. Итак, Красс, желая возможно скорее сразиться с врагами, расположился рядом с ними и начал рыть ров. В то время как его люди были заняты этим делом, рабы тревожили их своими налетами. С той и другой стороны стали подходить все большие подкрепления, и Спартак был, наконец, поставлен в необходимость выстроить все свое войско».*
Здесь Аппиан опять противоречит Плутарху:
«Красс, опасаясь, что слава победы может достаться Помпею, старался всячески ускорить дело и стал нападать на Спартака.»*
Вообще, всё, что связано с восстанием Спартака, буквально соткано из сплошных противоречий.
И те древнеримские и греческие историки, которые привносят свои домыслы, не подтверждённые какими либо историческими фактами, стараются хоть как то эти противоречия объяснить и соединить логической канвой. Но даже у них не получается лишить эту историю удивительных, если не сказать, мистических стечений обстоятельств и совпадений.

[Eric007]

Ну судите сами, вчерашний беглый гладиатор, ранее дезертировавший из римской армии, практически сразу же становится великолепным стратегом и блестящим полководцем, который громит искусных римских полководцев, за плечами которых - боевой опыт и великолепная выучка. Тут конечно, можно возразить, что Спартак и сам имел опыт службы в римском легионе. Да, но помимо Спартака десятки тысяч легионеров имели не меньший опыт службы в римских войсках, а вот блестящих полководцев можно было пересчитать по пальцам одной руки. Но давайте примем факт становления беглого гладиатора великим полководцем, как гениальность человека, которая проявилась в нужный момент в нужное время. Итак, бывший гладиатор, становится великим полководцем, и слово «великий» здесь совершенно уместно, потому что разбить две римские консульские армии, не потерпев до этого от римлян ни единого поражения, может только великий полководец. И вот, этот великий полководец ведёт свою армию на Рим.
А что же делают римляне?
По логике вещей, при таком известии они должны были бы в панике готовиться к обороне, и как минимум вызвать из Испании Помпея, а из Фракии Лукулла, чтобы поручить своим лучшим полководцам, противостоять натиску непобедимого Спартака. Вместо этого сенат, со слов Плутарха: «…поставил во главе римских сил Красса. За Крассом последовали многие представители знати, увлеченные его славой и чувством личной дружбы к нему.»*
То есть всё, то время, а это без малого три года, пока армия Спартака опустошала Италию, лучшие римские полководцы с отборными легионерами вели войну с Серторием в Испании и с Митридатом в Киликии. Более того, в течение всего времени - и войска Помпея, и войска Лукулла пополнялись новобранцами, провиантом и главное - золотом. Всё это, напомним, происходило в тот момент, когда Спартаковские войска громили на территории Италии один за другим, римские легионы. И вот, в этот ответственный момент, сенат поручает уничтожение восставших рабов Марку Лицинию Крассу, который не был полководцем! Да, он имел небольшой боевой опыт, но он никогда не командовал римской армией, не вёл боевых действий за пределами Рима, он вообще, выражаясь современным языком, был успешным римским бизнесменом. И вот именно его, сенат выставляет против армии непобедимого, гениального Спартака.
Но что самое главное, богатый римский бизнесмен с минимальным боевым опытом, таки разгромил Спартака. Причём превзошёл Спартака буквально во всём – в стратегии, в манёвренности и в боевом мастерстве. Причём сделал это тогда, когда ему это было крайне необходимо, то есть - накануне консульских выборов.

[crazy-mike]

Температура в Калабрии зимой редко опускается ниже +10 по цельсию. Выходит, что в Калабрии не бывает снега? Нет – бывает. В горах. Но ров то «от моря и до моря» был прорыт не в горах, а в низине. А вот там то, средняя температура зимой очень даже комфортная. Но Спартак таки умудрился в самой южной части Италии дождаться не просто снега, а снегопада, который и помог ему прорваться из брутийского мешка в Луканию.

Погодные аномалии везде случаются. Снег вот в Дамаске даже падал.
Но шиза в том , что римляне "по характеру" от греков отличались именно тем , что как бы страдали хроническим реализмом. Римляне ничего не придумывали - писали только о том , что было на самом деле. Другое дело - как писали.

[Eric007]

Погодные аномалии везде случаются. Снег вот в Дамаске даже падал.

Погодные аномалии могут случится где угодно... главное знать - где и когда И подготовиться соответствующим образом

[Eric007]

Аппиан: «…В Риме, считая позором, если война с гладиаторами затянется, выбрали вторым главнокомандующим Помпея, только что вернувшегося тогда из Испании.
Узнав, об этих выборах, Красс, опасаясь, что слава победы может достаться Помпею, старался всячески ускорить дело…»
И таки ускорил, наголову разбив войско Спартака, уничтожив при этом (со слов Тита Ливия) 60 тыс. спартаковцев, потеряв при этом лишь тысячу человек убитыми (Аппиан).
Итак, уничтожив грозного врага, Красс возвращается в Рим.
Ему разрешили отпраздновать овации. Это конечно тоже триумф, но очень маленький. Не на Капитолии, не на колеснице и венок на голове не лавровый, а миртовый. * Весьма странная благодарность за спасение Рима.
Таким образом, к настоящему времени мы получаем довольно противоречивую историю восстания рабов в Древнем Риме, в которой вырисовывается сюжетная линия - в самом начале восстания, когда рабы были вооружены лишь кольями и камнями (Саллюстий), а численность не превышала десяти тысяч человек, восставшим удаётся разбить римские войска во главе с Варинием . Когда же армия Спартака насчитывала более ста тысяч человек (Аппиан), а за плечами уже был боевой опыт, выучка и великолепное вооружение, она с треском проигрывает Марку Крассу, потеряв неимоверное количество убитыми и ранеными, и практически не нанеся потерь римскому легиону.

[Eric007]

Кому это было выгодно?

Напрашивается вопрос: а может быть всё это кому то было выгодно?
Возможно.
Но для того что бы ответить на этот вопрос, необходимо вспомнить ситуацию, сложившуюся в Риме к началу 70-х годов до н.э.
Рим, в лице опытного и успешного полководца Луциния Лукулла ведёт в Киликии войну с Митридатом. В это же время в Испании Рим во главе с Гнеем Помпеем ведёт войну с преторианцами.
Для начала вспомним подробнее, кто такой был Гней Помпей.
По свидетельству историка Аппиана, Гней Помпей был единственным человеком, перед которым Сулла (римский диктатор) вставал, когда он входил в помещение. Сулла торжественно приветствовал Помпея и наградил его почётным титулом императора. В 79 г. Помпей, первый в римской истории, получил триумф, не будучи сенатором.
Итак , в 74 и 73 г. Помпей ведёт войну с Серторием.
В 72 г году отряды инсургентов были рассеяны Помпеем, Перпенна взят в плен, после чего испанские города открыли свои ворота Помпею.
Помпей прибыл в Италию в начале 71 года, когда Марк Лициний Красс завершал подавление восстания. Он был против прибытия полководца из Испании, поскольку надеялся закончить подавление восстания самостоятельно, но сенат всё же вызвал Помпея из Испании и Лукулла из Македонии. Несмотря на решающую роль Красса в подавлении восстания, Помпей перехватил и разбил последний крупный отряд рабов и в дальнейшем утверждал, что именно он поставил точку в подавлении восстания. Но именно Марк Красс исторически считается победителем спартаковского восстания.
А кто же такой Марк Красс? Искусный стратег и опытный полководец? Совсем нет. С юношеских лет Марк Красс обнаружил блестящие способности дельца и спекулянта, умеющего из всего извлекать выгоду.
Его состояние постепенно росло. Он арендовал земли, участвовал в торговых и откупных компаниях, скупал для продажи рабов.
В эти годы в Риме шла кровавая борьба между сторонниками аристократической партии, возглавляемой Суллой, и народной партией, вождем которой был Гай Марий.
Когда стало известно о смерти Мария и Цинны, Марк Красс открыто стал на сторону Суллы, собрав ему на помощь две с половиной тысячи человек.
1 ноября 82 г. до н. э. началось ожесточенное сражение. Красс командовал правым флангом армии Суллы. Левое крыло армии было разбито, сам Сулла едва не погиб. Крассу же удалось разбить неприятеля. Сулла высоко оценил подвиг Красса. Так Красс стал одним из самых близких ему людей. Он не только вернул отобранные марианцами владения своей семьи, но во много раз увеличил их.
К моменту описываемых нами событий Красс стал самым богатым человеком в Риме. Значительная часть сенаторов стала его должниками. Что немаловажно накануне консульских выборов! Но всем, чем может похвастать Красс – это огромное состояние. Аргумент конечно сильный, но не достаточный для получения консула.
Для римлян герой – это Помпей. И одно из двух консульских мест ему, практически, обеспечено. А вот кто займёт второе консульское место?
Римляне высоко ценят боевые заслуги. А где их взять, если на окраинах империи довольно успешно ведут бои лучшие римские полководцы. Да и опыта ведения войн за пределами Рима практически нет. Вот если бы враг был найден здесь, в Италии. Недалеко от Рима…
И он был найден.
Правда, с таким врагом лавров не сыскать – кому интересна победа над разрозненными отрядами воинствующих рабов? Вот если бы это была серьёзная военная сила, да ещё и под умелым, мудрым руководством опытного полководца. Хотя… откуда у рабов может взяться опытный полководец? Казалось бы безвыходная ситуация, но… не будем забывать, что Красс был самым богатым человеком в Риме, и как мы уже упоминали выше, довольно большая часть сенаторов была должниками Красса. Последнему было на так уж и трудно формировать общественное мнение, о том или ином событии, как в Риме, так и за его пределами.

[Eric007]

В конце концов, мнение было сформировано, враг найден, и сам Красс вызвался этого врага уничтожить. Дело было за малым, попытаться загнать разрозненные отряды восставших рабов в Брутию и уничтожить их там, не дав возможности вырваться на свободу.
Значительная часть восставших попалась на эту уловку, но некоторые группы, почуяв неладное, откололись и попали в засаду, где и были уничтожены передовыми отрядами Красса.
Попавшие же в брутийский мешок отряды восставших занялись там грабежами и разбоем. Красс же, не обладая большим боевым опытом, не рискнул вступить с восставшими рабами в открытое боестолкновение и попытался взять их измором, блокировав в нижней части Брутии. Оказавшись в западне, восставшие попытались переправиться через пролив на Сицилию, но потерпев неудачу разрозненные отряды рабов попытались вырваться из «мешка», но тут же попали в засаду и были уничтожены римлянами – отсюда такая огромная разница в потерях между отрядами восставших рабов и легионеров. Сенат, в свою очередь, рассчитывавший на стремительное уничтожение восставших Марком Крассом, остался недоволен затянувшейся блокадой: «В Риме, узнав об осаде и считая позором, если война с гладиаторами затянется, выбрали вторым главнокомандующим Помпея, и принял решение направить в помощь Крассу вернувшегося из Испании Помпея».14 Вот, теперь трактовка Аппиана имеет вполне логическое обоснование. Действительно, то что обещал Красс, а именно стремительное уничтожение врага, в лице восставших рабов – он не выполнил, затянув операцию по разгрому, аж на несколько месяцев!... Сенат посчитал это позором!
Осознав, что план «спасения Рима» и политическая карьера, могут вот-вот рухнуть, Красс решил ускорить события, позволив практически трети восставших вырваться из блокады, что бы затем без особого риска уничтожить оставшуюся часть. Те же, кто сумел вырваться, чуть позже столкнулись с войсками Помпея и были им уничтожены. О чём он позже и сообщил сенату, приписав победу над восставшими рабами именно себе.
И теперь уже повествование Плутарха объясняет вполне очевидные вещи: «Ибо те рабы, которые ускользнули от него, были истреблены Помпеем, и последний писал в сенат, что уничтожил самый корень войны. Помпей, конечно, со славой отпраздновал триумф как победитель Сертория и покоритель Испании. Красс и не пытался требовать большого триумфа за победу в войне с рабами, но даже и пеший триумф, называемый овацией, который ему предоставили, был сочтен неуместным и унижающим достоинство этого почетного отличия.»
Но Красс не был бы Крассом, если бы позволил так просто обделить себя почестями, необходимыми для предстоящих выборов в консулы.
Вот как излагает ситуацию Авл Геллий: «Венок при овации — малом триумфе — бывает из мирта; его надевали победоносные вожди, когда вступали в Рим с овацией… Вот Марк Красс, когда он по окончании войны с беглыми рабами возвратился в Рим с овацией, против обычая отверг миртовый венок и добился благодаря своему влиянию, чтобы было вынесено сенатское постановление: быть ему увенчанным лавром, а не миртом…»
Плиний Старший сие подтверждает: «Красс, «празднуя победу над беглыми рабами и Спартаком, шел, увенчанный лавровым венком».
Итак, влияния Красса хватило на компромисс: овации, но с триумфальным венком на голове.
Блестящая политическая победа!
Чуть выше мы задавались вопросом, кто бы мог занять второе консульское место? Так вот, второе консульское место занял Марк Красс!

[Eric007]

Точек зрения на итоги восстания и его влияние на ход дальнейшей римской истории столько же, сколько трактовок самого восстания. Значительная часть историков поддерживают позицию Те́одора Мо́ммзена, что восстание Спартака никак не повлияло на дальнейшую римскую историю.
Сложно с этим согласиться! Очень даже повлияла! Если бы не победа над Спартаком, Красс так и остался бы в памяти римлян как очень богатый и удачливый коммерсант. Но после разгрома Спартака, Красс стремительно взлетает на римский политический Олимп. И уже в 60-м году до н.э. Красс, Помпей и Юлий цезарь – образовывают первый в истории Рима Триумвират.
А где же в момент восстания Спартака находился Гай Юлий Цезарь?
В Риме!... В 73 году до Р.Х. Цезарь был избран военным трибуном.
Выборы проходили летом 73 года до Р.Х., а вступил Цезарь в должность как раз в январе следующего, 72 года до Р.Х., того самого, когда Спартак уничтожал консульские армии.
Военная карьера Цезаря, шла блестяще. Цезарю на момент описываемых событий было двадцать восемь лет.
Если уж с кем-то и сравнивать военный талант Спартака, то, конечно, с Цезарем. Цезарь и Спартак находились в одно и то же время, в одном и том же месте. Но на поле боя так и не встретились.
Тем не менее, в своих мемуарах, а конкретно в первой «Книге о Галльской войне» Цезарь всё-таки упоминает о восстании рабов в Риме, и посвящает этому событию… всего несколько строк. Из целой книги - всего несколько строк. Итак, читаем: «..померились недавно и в Италии во время восстания рабов, когда ему все-таки некоторую пользу принес полученный от нас опыт и дисциплина. В конце концов они одолели врага, несмотря на его вооружение и победы, хотя перед этим некоторое время без всякого основания боялись его, даже пока он был плохо вооружен.»… И это всё. А что же о Спартаке?... А ничего. Вообще ни слова, как будто бы и не знал Гай Юлий Цезарь о его существовании.
Вообще, Цезарь вторым из современников упомянул о легендарном, описываемым нами, событии.
А кто же был первым?...

[Eric007]

А первым был Цицерон.
Именно он первым из современников и упомянул о знаменитом восстании рабов.
В своей обвинительной речи против экс-губернатора Сицилии Гая Верреса, опубликованной в 69 г. до н.э., то есть буквально через два года после подавления восстания, Цицерон произносит следующие слова:
«Выставляют положение, что благодаря мужеству и исключительной бдительности, проявленными Верресом в смутное и грозное время, провинция Сицилия была сохранена невредимой от посягательств беглых рабов и вообще избавлена от опасностей войны. …
Сицилия была избавлена благодаря твоей доблести? Великая это заслуга и делающая тебе честь речь! Но все-таки - от какой же это войны? Ведь, насколько нам известно, после той войны, которую завершил Маний Аквилий, в Сицилии войны с беглыми рабами не было. - "Но в Италии такая война была". – Знаю, и притом большая и ожесточенная. И ты пытаешься хотя бы часть успехов, достигнутых во время той войны, приписать себе? И ты хочешь разделить славу той победы с Марком Крассом или с Гнеем Помпеем? Да, пожалуй, у тебя хватит наглости даже и на подобное заявление. Видимо, именно ты воспрепятствовал полчищам беглых рабов переправиться из Италии в Сицилию. Где, когда, с какой стороны? Тогда, когда они пытались пристать к берегу — на плотах или на судах? Ведь мы ничего подобного никогда не слыхали, но знаем одно: доблесть и мудрость храбрейшего мужа Марка Красса не позволили беглым рабам переправиться через пролив в Мессану на соединенных ими плотах, причем этой их попытке не пришлось бы препятствовать с таким трудом, если бы в Сицилии предполагали наличие военных сил, способных отразить их вторжение. - (6) "Но в то время как в Италии война происходила близко от Сицилии, все-таки в Сицилии ее не было"*
И это всё, что сказал о восстании рабов в Риме современник тех событий Марк Тулий Цицерон. И опять - ни слова о Спартаке и спартаковцах.

[Eric007]

Теперь возвращаемся к фразе, которую мы упомянули в начале нашей работы, о том что «тело Спартака разумеется не было найдено». Все древнеримские историки здесь единодушны. Да, тела Спартака никто на поле боя не нашёл. По одной простой причине – его никто и не искал. А не искали. потому, что никто на тот момент ещё не знал о его существовании. Образ Спартака появится гораздо позже, когда многих из современников тех событий уже не будет в живых. И чем больше времени будет проходить со времени легендарного восстания, тем большими подробностями и мифами будет оно обрастать, достигнув своего апогея в великолепной книге Рафаэлло Джованьоли «Спартак».