Про Севу. ВАРИАНТЫ. Читать всем.
Сева на древо за вишней полез,
Сторож Матвей вынимает обрез.
Выстрел! Раздался пронзительный крик...
Сорок второй!? - ухмыльнулся старик.
ВАРИАНТЫ:
* * * (О. Хайям)
Плеч не горби, Матвей, и не нужно рыдать.
Гибель Севы ты можешь легко оправдать
Столько вишен спас выстрелом, слава Аллаху!
Значит, осенью будет наливка опять.
* * * (В. Шекспир)
Любовь и смерть близки как две руки,
Но думал ли о том несчастный Сева,
Когда, морали общей вопреки,
Тайком полез за вишнями на древо?
Да, он любил! Любил их нежный вкус,
Их аромат, их сладкий сок и мякоть.
Но вынести не смог любовный груз,
И проиграл... О нем не надо плакать.
От бурной страсти обретя покой,
Лежит теперь он в зарослях шалфея,
Сраженный справедливою рукой
Сурового апостола Матфея.
По-разному приходит к нам любовь,
Но плата за нее известна - кровь.
* * * (М. Басе)
Меток Матвей-сан.
Кровь юного самурая
Словно сакуры сок...
* * * (И. Крылов)
Проказник Сева, малый лет семи,
Считал, как говорят, себе на горе,
Что вишни слаще на чужом подворье.
Подобное случается с детьми.
Хоть маменька по десять раз на дню
Твердила: "Бог воров накажет строго",
Но Сева все слова про Бога
Воспринимал как болтовню.
Решив откушать вишен всласть,
К соседу - шасть!
В саду он, с ловкостью медведя,
Залезть на дерево сумел,
Но так при этом нашумел,
Что всполошились все соседи.
И вот, уже, из-за ветвей,
На Севу смотрит дед Матвей.
Он, паутинку сняв с лица,
Одним движеньем быстро, ловко
Из-под полы достал винтовку
И взял на мушку стервеца.
Дуплет! Посыпалась листва,
И старец хмыкнул: "Сорок два".
Мораль: не хочешь пулю в свой живот
- Не разевай на плод, запретный, рот.
* * * (А. Пушкин)
Июльским солнышком согретый
Благоухает старый сад.
Мне с детства дорог запах лета
И спелых вишен аромат.
Читатель, ты, наверно, тоже,
Когда был малость помоложе,
Любил в соседский сад залезть,
Чтоб ягод с дерева поесть.
Вот точно так же юный Сева,
Увидев пышные сады,
И соблазнившись на плоды,
Решил отведать вишен с древа.
И ранним утром, словно вор,
Тайком полез через забор.
Не знал шалун, что спозаранку
Колхозный сторож дед Матвей,
Покинув теплую лежанку,
В саду укрылся меж ветвей
И прихватил с собой берданку,
С которой в грозную "гражданку"
Уже командовал полком,
Слыв "Ворошиловским стрелком".
Он на непрошенного гостя
В прицел оптический глядит
- Хлопок! - и Сева вниз летит,
Ломая сучья, ветки, кости.
Убит воришка. Сторож рад,
Зарубку ставит на приклад.
* * * М. Лермонтов
Скажи-ка, дядя, как так вышло,
Во всех садах пропали вишни
На целую версту?
И лишь у нас вокруг беседки
От спелых вишен гнутся ветки,
И смотрят с завистью соседки
На эту красоту.
Ох, любопытен ты, Ванюша!
Но если хочешь знать, послушай
- В деревне тут, у нас Шпана шалила этим летом.
Нагрянут ночью, а к рассвету
В саду следа от ягод нету.
И так из раза в раз.
Сначала жители роптали
И письма-жалобы писали,
Прося шпану унять.
Но от начальства мало толку,
И вот тогда я втихомолку,
Достав из подпола двустволку,
Стал вишни охранять.
Да, нелегко достались вишни.
Бандитов сорок, даже с лишним,
Поймали мой жакан.
Последней жертвою был Сева.
Его я срезал прямо с древа.
А не захаживай налево,
Отпетый хулиган!
Зато теперь у нас порядок,
Никто в садах не топчет грядок
И ягоды не рвет.
Вздохнули люди с облегченьем.
А я тебе на день рожденья
Сварю вишневое варенье
И сделаю компот.
* * * (Н. Некрасов)
В каком году - не ведомо,
В каком краю - не сказано,
В деревне возле озера
Жил старый дед Матвей.
Росла у дома древняя
Развесистая вишенка
- Одна отрада дедушке,
- Души не чаял в ней.
Но как-то темной ноченькой
- Соседский отрок Всеволод Незваный и непрошенный
- Прокрался словно тать.
Решил по злому умыслу
- Затеять штуку скверную
- И с вишенки Матвеевой
- Все ягоды сорвать.
Достал с заветной полочки
- Старик свою двустволочку
- И жахнул метким выстрелом
- Злодею прямо в лоб.
А труп упрятал дедушка
- В могилку возле вишенки
- И сверху посадил еще
- Петрушку и укроп.
* * * (И. Северянин)
Это было в деревне в середине июля,
Когда сочные вишни созревали в саду,
Когда вечером синим пела песни зозуля,
И лягушки ей хором подпевали в пруду.
Ах, пурпурные вишни - квинтэссенция лета,
Вы - магнит для поэтов и мечта поэтесс.
И поэтому Сева, несмотря на запреты,
На Матвеево древо грациозно полез.
В тишине грянул выстрел, и смертельная пуля
Погубила поэта, погасила звезду...
Это было в деревне в середине июля,
Когда сочные вишни созревали в саду.
* * * С. Есенин
Плач тальянки еле слышен,
А на огненной заре
Заалели гроздья вишен
У соседа во дворе.
На скамейке возле хлева
Парень девке подмигнет
- Жди, подруга-королева,
Сева ягод принесет.
Вечер бархатный спустился,
А в тени густых ветвей
С карабином притаился
Хитрый сторож дед Матвей.
В чарах звездного напева
Мотыльки пустились в пляс.
Не дождется девка Севу
- У Матвея меткий глаз.
* * * В. Маяковский
В самом разгаре лето.
В саду у деда Матвея
Густо висят на ветках
Вишни, кровью алея.
Кто там словно разбойник
Тайно лезет на древо?
Сорок второй покойник
- Сева! Сева! Сева!
* * * (Б. Пастернак)
Писать об этом нелегко,
Но было дело:
Алела вишня высоко.
Одна алела.
Рассудок Севе говорил:
"Не лезь! Не близко",
Но дух упрямства победил,
Хотелось риска.
Направо бросил цепкий взгляд,
Потом налево,
Забыл лишь посмотреть назад,
К несчастью, Сева.
Он вверх по дереву тайком
Полез несмело.
Алела вишня высоко.
Одна алела.
Наверно Севе на беду,
Назло Морфею
Не спится сторожу в саду,
Стрелку Матвею.
Заметил "гостя" и узнал
Повадку вора.
И прозвучал в тиши сигнал
- Щелчок затвора.
Сверкнул как стеклышко очков
Зрачок прицела.
Алела вишня высоко.
Одна алела.
И вот уж Всеволод достиг
Желанной ветки,
Но грянул выстрел в этот миг
И очень меткий.
Так, нитку жизни оборвав
На верхней ноте, Матвей пометил:
"Сорок два"
В своем блокноте.
На землю сорванным листком
Летело тело.
Алела вишня высоко.
Одна алела.
* * * (А. Барто)
Не укрыла Севу ветка,
Дед Матвей стреляет метко.
От воришек вишни спас
Сторож сорок с лишним раз.
* * * (Р. Рождественский)
Об этом, товарищ, не вспомнить без слез.
Стоял возле речки богатый колхоз.
Там в пышном саду, что у края села,
Высокая вишня, Высокая вишня, Высокая вишня привольно росла.
Сынок председателя, шустрый малец
Решил, пока занят на поле отец,
Залезть в этот сад и ни свет ни заря
Общественных вишен, Общественных вишен, Общественных вишен поесть втихаря.
На дерево Сева стремительно влез,
Но сторож заметил и поднял обрез.
Взметнулись вороны как черный салют:
А люди решили, А люди решили, А люди решили - ученья идут.
Стоял председатель в глубокой тоске,
Сползала скупая слеза по щеке.
Но сторожу он, несмотря на печаль,
За верную службу, За верную службу, За верную службу повесил медаль.
* * * (Л. Филатов)
Из знакомых мне людей
Рыжий Севка-прохиндей,
Заявляю фицияльно,
Был ворюга и злодей.
Подтверждаю, энтот гад
Трижды лез в Матвеев сад,
Тырил ягоды мешками.
Вон, под вишней компромат.
Ну, Матвей-то не дурак,
Сам все знает - что да как.
Сел с ружьем в саду в засаду,
Чтоб пресечь сей кавардак.
Видит - Севка словно тать
Лезет вишню обметать.
Он и выстрелил навскидку.
В чем промблема, вашу мать?
Да, конфуз на этнтот раз
Приключился здесь у нас:
Целил в задницу и солью,
А попал-то пулей в глаз.
Не пойму, ядрена вошь!
- Сорок раз одно и то ж.
То ли мушка покосилась,
То ль он в снайперы не гож?
(c)
Reply With Quote
