Пару лет назад начал описывать эту историю двадцатилетней давности на форуме, но в итоге она начала превращаться в небольшого монстра. Лень было заканчивать, так и не 'постнул'. А недавно под давлением извне все таки пришлось закончить и вот вам результат. Не знаю многие ли осилят 'стока букав', но тем не менее.
Пришлось разбить на несколько частей чтобы влезло.
-------------
1.
Эта история началась ровно двадцать лет назад. Развитие событий в ней чем-то напоминает жизнь вулканов. Для постороннего наблюдателя вулканы то и делают что резко извергаются, погружаются в длительный сон, иногда похрапывают, выпуская на поверхность дымок и выплевывая из себя слабые потоки лавы. Сам же вулкан никогда не спит, лава в нем бурлит, кипит и стремится наружу, единственное что ей мешает выйти и это застывшая шапка крепко закрывающая кратер. Сознание человека тоже в чем-то напоминает вулкан - oно тоже то спит то извергается.
...
Летом 92-го, я работал в небольшом московском НИИ связанном с детским образованием. Институт финансировался из Штатов какими-то буржуями с большим количеством денег и желанием заработать еще больше. Кроме того деньги шли из National Geographic, и вместе с деньгами шли и люди. Постоянно наезжали американцы академических профессий и проводили у нас недели и месяцы, обсуждая новые технологии и методы их использования в образовании детишек. Я с удовольствием с ними общался и пытался наладить контакты, зная что через пол года с женой и дочкой окажусь на их стороне океана.
Кому-то из этих иностранных светил и пришла в голову идея об организации международной конференции по новым технологиям в образовании и провести ее на теплоходе плывущем из Питера по Ладоге на Валаам и Кижи.
На время конференции в институте не осталось ни единой живой души. Кому было охота сидеть в жаркой Москве и пропустить такую возможность отдохнуть за казенный счет, да еще и в хорошей компании ? Надо сказать что за короткое время работы в этом небольшом и довольно молодом по составу коллективе, я заметил что некоторые мои женатые сотрудники и незамужние сотрудницы явно имели интерес друг к другу, и многие с нетерпением ждали этого путешествия, которое пришлось как нельзя кстати для осуществления их незамысловатых идей.
Распределение кают происходило еще в Москве. Кают было полно, так как иностранцев желающих поучаствовать в конференции сначала нашлось немного и теплоход был полупустой. В итоге представители начальства и слабого пола получили по отдельной каюте, а мужикам пришлось делить каюты на двоих.
Моим соседом по каюте выпало быть программисту Коле, он был на пару лет старше меня, длинный, худой как жердь, и очень веселый и любитель выпить. Он явно имел свои планы на отдых. Когда нам объявили что мы с ним будем соседями, он спросил – «Миш, ты сколько водки с собой берешь ?»
«??? Я и без водки могу поехать»
«Без водки я и дома могу сидеть, мне жена с собой 3 бутылки разрешает взять, а у меня еще две у соседа спрятаны. Отлично время проведем!»
...
Погрузив в скорый поезд Москва - Санкт-Петербург себя, оборудование и водку институт в полном составе выехал на конференцию.
Со мной в купе ехал Коля и множество коробок с компьютерами, документами и прочим барахлом. Одна из коробок подозрительно звякала в такт стука колес, на ней Коля со всех сторон приклеил распечатку с надписью 'Не кантовать'. В соседнем купе ехала наша компьютерная художница Алена и молоденькая секретарша директора института Марина. Зачем директор взял с собой Марину догадывались все. Сама Марина утверждала что ее взяли чтобы она переводила с французского, хотя все знали что французов среди предполагаемых участников конференции нет.
Директор института, мой тезка, Михаил Семенович Холодный ( вот такая смешная фамилия была у мужика) был очень похож на Ленина - и ростом, и лысиной, и умом, только вот был пошире вождя раза в полтора. Ему было лет 35, и нам молодым соплякам тогда казалось что он уже свое пожил. Он окончил МехМат МГУ, и именно оттуда притащил многих сотрудников. Как только поезд тронулся, Холодный прошелся по всем купе и в каждом прочел небольшую лекцию о важности конференции и о возложенной на нас ответственности. Нам с Колей он особенно подчеркнул что в связи с тем что конференция международная и от ее успеха зависит будущее всего института, никаких нарушений дисциплины он не потерпит:
-Ребята, постарайтесь вести себя прилично, я имею ввиду чтобы без излишнего пьянства и блядства.
Коля явно принял слова о пьянстве на свой счет и едва скрывая обиду ответил :
– Излишнего пьянства не будет, а по поводу излишнего блядства, это не к нам, а в соседнее купе.
Михаил Семенович притворился что не понял о ком идет речь, вместе с нами посмеялся и вышел.
...
На утро мы приехали в Питер. Погрузили все наше барахло в автобус и поехали через весь город в здание филиала и затем на речной вокзал.
Питер. До сих про помню мое первое впечатление об этом городе. Я смотрел на дома, улицы, проспекты, пролетавшие в окне как завороженный. Я неожиданно осознал что что-то невероятно красивое, величественное было так недалеко от меня на протяжении стольких лет. Оно было так доступно, и я никогда не сделал даже попытки сюда приехать. Теперь я с жалостью осознавал что все это вижу в первый и скорее всего в последний раз.
В надежде провести хоть сколько нибудь времени в городе я спросил про наше расписание у Холодного, но он сказал что сейчас едем на теплоход, разгружаемся и через 3 часа отплываем. Зато по возвращению из семидневного плавания у нас был свободным целый день. Теплоход приплывал поздно вечером, а поезд в Москву отправлялся лишь вечером следующего дня.
-Ты что никогда в Питере не был ? - спросил он.
-Не был, и сейчас об этом очень жалею, - грустно сказал я.
-Ты молодой, еще насмотришься.
-Это да......
О моих планах иммигрировать тогда еще никто не знал.
...
«На теплоходе «Мария Ульянова» музыка играет ....»
Оказалось что по традиции сразу после отплытия капитан теплохода приглашает всех гостей на большую открытую палубу на банкет. Почему это называлось банкетом было не совсем ясно. Столов не было, закуски тоже , официанты разносили пластиковые стаканчики с шампанским, играла музыка, человек сто пассажиров стояли небольшими группами на палубе и шумно общались. Капитан обходил всех пассажиров и лично пожимал всем руки, особенно радостно тем кого он принимал за иностранцев.
Иностранцев, надо сказать, было значительно больше чем предполагалось. Выяснилось что за несколько часов до отплытия «Марии», на тот же причал пришвартовался ее брат «Дмитрий Ульянов», и с него на берег сошло 50 участников международной конференции по языку программирования “Lisp” ( специалисты знают). Узнав что «Мария Ульянова» через несколько часов отплывает по тому же маршруту с которого они только что вернулись, все 50 участников не задумываясь записались в участники нашей конференции. Свое решение они объясняли тремя факторами - во-первых на свою конференцию им недели было явно мало, во-вторых очень красивые места, в-третьих такого дешевого спиртного как на теплоходе нигде в мире нет. Большинство этих хлопцев носили большие неухоженные бороды и не вылезали из шорт, что по тем временам в России выглядело очень странно. Само собой все обсуждения на нашей конференции теперь неизбежно заканчивались обсуждением языка Lisp, а в любом споре между 'лисперами' и 'нашими' , 'лисперов' можно было легко отличить по бороде и шортам.
Михаил Семенович очень радовался новым участникам. Видимо с каждого из них институт имел какую-то дополнительную прибыль.
Мой сосед по каюте Коля был тоже в не себя от радости – «Мишка, прошел слух что в обед всем дают по рюмке водки....» , тут Коля на секунду замолчал глядя куда-то в сторону, а потом продолжил,- «Не успели выплыть из Питера а уж «...предо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты»
Я обернулся и посмотрел в ту сторону куда смотрел Коля. Группа заморских гостей беседовала с капитаном в десяти шагах от нас , рядом с ними лицом к нам стояла совершенно очаровательная молоденькая девушка. Вот если бывает все в человеке прекрасно , то это про нее. Полные губы, синие глаза, темные коротко подстриженные волосы, короткое белое обтягивающее платье подчеркивало ее идеальную фигуру. Да еще и улыбалась она как-то не по нашему – очень уж открыто.
-Ноги улетные, американка наверное, - заявил Коля.
-Это ты по ногам определил?
-Да не, слышишь как по английски тараторит?!
Слышно было плохо из-за орущей музыки, мы как бы невзначай сделали несколько шагов вперед. Девушка действительно довольно бегло говорила по английски, но с акцентом. Еще через пару фраз она заговорила и по русски, уже без акцента.
-Переводчица,- постановил Коля, – сейчас она от них отойдет и пойдем знакомиться.
Ждать пришлось недолго. Еще через пять минут девушка отделилась от группы, с которой стояла до этого, отошла к борту теплохода, облокотилась на него, и стала молча смотреть на проплывающие мимо пейзажи питерских окраин. Ее темные волосы развивались на ветру закрывая половину ее лица и от этого она выглядела как модель во время томно-сексуальной фото сессии.
- Ну я сейчас кончу от этого зрелища, - сказал Коля, -пошли.
- Иди один, только без 'излишнего блядства',- напомнил я ему.
- Это уж как получится,- сказал Коля и сняв с себя обручальное кольцо сунул его в карман.
- С ума сошел ?, - отреагировал я.
- Мишаня, не ссы, - сказал Коля и пошел в атаку.
....



Reply With Quote

