"Lost opportunity" Berdnik Victor
LOST OPPORTUNITY*
"...Требуйте отстоя и долива пива!"
( Надпись в баре, призывающая следить за тем, чтобы вас не обманули)
Меня позвала к себе в гости одна моя давняя приятельница. Срок нашего знакомства давно уже перевалил отметку в двадцать лет, что давало нам обоим заслуженное право обходится в общении без долгих вступлений и реверансов. Собственно, я знал вначале её мужа - тогда ещё моего сокурсника по институту и когда Нина стала его женой, мы с ней быстро и надолго подружились. Она оказалась девушкой лёгкой и совершенно незанудливой, а такие качества не могут не привлекать окружающих. Нетрудно догадаться, что в последствии встречаясь с Ниной и её мужем я уже просто отдыхал в их обществе и мы не раз с удовольствием вместе проводили время, отыскав друг в друге весёлого и жизнерадостного собеседника.
Теперь в коротком приглашении Нина не вдавалась в подробности, а лишь намекнула, что у неё в доме будет один человек, с которым ей непременно хотелось бы меня познакомить. Я живо откликнулся и пообещал обязательно быть в назначенное время. Не в моих привычках ломаться, тем более, что на этот вечер я всё равно не планировал никаких мероприятий. Её слова звучали интригующе, заставляя теряться в догадках...
- Ниночка, милая, к чему такая таинственность?
Мне слишком хорошо были известны её повадки. Если отнюдь не праздная женщина собирается посвятить своё драгоценное время приготовлению ужина для гостей, пусть даже малочисленных, в будний день - значит в этом несомненно должен присутствовать какой-то её интерес. Тем более, та, которая хорошо себе на уме и ни за что не упустит ни малейшей возможности или даже самый слабый и едва пульсирующий шанс в своей жизни. Для неё, как и для очень многих, время беззаботных посиделок ввиду неограниченного свободного времени безвозвратно ушло давно и навсегда, уступив место встречам полезным и нужным.
- Я тебе представлю кое-кого. Обещаю, что скучать не придётся....
Нина явно добивалась моего присутствия и хотя уже заручилась моим согласием, всё равно продолжала что-то скрывать.
Этим кем-то оказался мужчина в летах, но очень живой и подвижный. Когда я у них появился, он находился уже там в компании девушки до двадцати лет. Как выяснилось чуть позже - его дочерью.
- Познакомся, это Алексей Петрович...
Нина подвела меня к своему гостю и мы подали друг другу руки. Ладонь его оказалась холёной и рукопожатие каким-то безразличным. Таким обмениваются с многочисленными случайными людьми во время общественных мероприятий, забыв уже через секунду с кем здоровался. Никакого другого особого впечатления он на меня не произвёл. Вполне обычный мужик, разве что одет не по-здешнему. Значит приезжий. Впрочем, у Нины в доме я навидался разного народа: она относилась к тому типу людей, которые любят новизну во всём, включая и объекты своего расположения. Встречал здесь и эмигрантов-долгожителей, и вновь прибывших. Если первые много и усердно работали, а в оправдание этому старались активно отдыхать, почти позабыв свою прошлую жизнь, то те, кто подтянулся не так давно, совершенно не спешили впрягаться в потогоннную систему, а больше приглядывались к чужому опыту, проявляя при этом трудно понятные замашки представителей уже неизвестной мне страны. И те и другие, несмотря на разный возраст, сохраняли в себе одно общее свойство, что делало их всех хорошо узнаваемыми. Это было их советское воспитание. В меру образованные, чтобы без труда сориентироваться по необходимости в любой ситуации и настолько же непритязательные и находчивые, чтобы по возможности использовать непредвиденные обстоятельства к своим нуждам. Генетически наследованная и самосовершенствующаяся наука выживать.
Похоже и этого человека Нина заполучила в круг своих знакомых совсем недавно, во всяком случае, его я здесь раньше не встречал и ничего о нём не слышал. Алексей Петрович оказался диковинной птицей. Это стало заметно незамедлительно. Что сразу же бросилось в глаза, едва мы успели представиться, так это крупный загадочный орден на лацкане его пиджака. Неприлично было пристально рассматривать приметную цацку, но я не мог отделаться от впечатления, что знак отличия явно ненастоящий. К такому выводу нетрудно было прийти по причине его дешёвого блеска - неестественного для благородных металлов и хорошо заметной фальшивой гравировки. Для человека, способного различить след штихеля, эта характерная особенность не скроется как и поддельная дороговизна плохой бижутерии. Так обычно выглядят предметы, изготовленные методом литья под давлением и я уже не сомневался, что материалом для фальшивого ордена этого непонятного субъекта мог быть аллюминий, аннодированный под золото или какой-нибудь недорогой сплав с последующей электрохимической обработкой.
Стоило обратить внимание на это странное украшение Алексея Петровича, как тут же начинали бросаться в глаза и все остальные детали его гардероба. Под слегка помятым пиджаком наискосок поверх белолго несвежего жилета висела шёлковая муаровая голубая лента. Такая претенциозность в одежде, наверняка, могла быть по-разному истолкована, окажись этот человек в американской компании. Подобным образом, к примеру, мог одеться афроамериканец, но ни в коем случае не белый и не потому, что у кого-то меньше вкуса. Как раз в этом случае белые, чаще всего, проигрывают и не всегда способны на естественную раскованность как и артистическую импровизацию в своём умении наряжаться. Впрочем, что говорить: я и сам оригинал - и могу появиться в гостях и не в таком виде.
Мы перекинулись с Алексеем Петровичем какими-то незначительными фразами и меня не замедлили познакомить с молодой девушкой, которая явно скучала в обществе людей старше её, по крайней мере, раза в два. Она вяло прислушивалась к нашим разговорам, думая о чём-то своём. Совершенно просто было запомнить её имя - Ариша. Среди всех, так часто встречающихся имён, это несомненно было не столь распространённым, а даже редким и сразу оставалось в памяти.
Хозяйка дома излучала само гостеприимство и не желая попусту томить собравшихся бесплодным созерцанием накрытого стола, уже вскоре начала всех расссаживать. Алексей Петрович почему-то оказался на главном месте, обычно занимаемым хозяином дома, который пока по не совсем объяснимой причине уступил ему эту привилегию, а сам сел возле меня.
- Я хочу выпить за нашего гостя, - в наступившей предтрапезной тишине Нина торжественно подняла бокал и оглядела присутствующих.
- За светлейшего князя, Алексея Петровича!
Она произнесла свой тост вполне серьёзно и я не уловил в её тоне ни тени шутки. Мысленно я даже горячо поддержал Нину по той причине, что был очень голоден. Настоящего носителя голубой крови мне ни разу в своей жизни не доводилось видеть и, тем более, выпивать с ним. Теперь он сидел рядом.
"...Ну, Нинок, ты даёшь..."
Подумал я про себя. Первая рюмка водки прошла очень легко. Я с удовольствием прочувствовал её хорошо охлаждённую глицериновую вязкость и как нельзя очень кстати возле меня оказалась на закуску малосольная селёдочка, припорошенная зелёным лучком. Её нежный вкус немного напоминал незабвенную "Дунайку" с легко узнаваемым специфическим душком тины и прелых водорослей.
" Хороший продукт!... Да! Ничего не скажешь...
Интересно, где она его выкопала этого князя с игрушечной медалью?
Светлеший.. Ну надо же!"
Тот тем временем с соответствующей его персоне значительностью весьма бодро накладывал к себе в тарелку холодные закуски.
"...Пожалуй, я не один здесь такой, кто сегодня только завтракал.."
Я невольно следил за его движениями, непроизвольно пытаясь уловить в них особые великосветские манеры или нечто необыкновенное, не присущее всем остальным людям.
- Алексей Петрович и Арина здесь в гостях, и пробудут в Калифорнии, вероятно, несколько недель.
Нина постепенно вводила присутствующих за столом в курс дела. Я пока не уверенный как мне следует себя вести, решил на всякий случай воздержаться от лишних вопросов. Впрочем, расспрашивать о чём-либо не было никакой необходимости. Нина как умелая распорядительница старалась не упустить ни одной существенной детали.
- Князь представляет здесь людей благородного происхождения. Он является учредителем "Ордена Международного дворянского сословия".
В том, как сказанное Ниной прозвучало, что-то мне показалось подозрительным, да и весь облик этого сиятельного орденоносца как-то не вязался с дворянской породой. Меня охватывало стойкое ощущение фальши каждый раз, когда глаза случайно останавливались на ленте и я не знаю почему, нервничал, чтобы Алексей Петровия, не Дай бог, не посадил на неё масляное пятно. Ну, вдруг ненароком капнет, подхватив на вилку кусочек селёдки: вон она какая жирная... Тот, кого называли князем, словно уловив мои переживания, заложил без всякого стеснения за ворот салфетку и продолжал неспешно есть.
Единственное, что я никак не мог пока уловить - какого здесь моё предназначение. То, что оно существует, в этом не приходилось сомневаться: я слишком хорошо знал эту женщину.
"...Ах! Нинок - Нинок, какая же для тебя от всего этого выгода?"
Вторая рюмка водки незаметно внесла естественное оживление. Нина не суетилась, а с видом светской львицы уже предлагала очередное блюдо.
- Князь, не желаете ли отведать икорки?
- Спасибо, голубушка!
Он подхватил из её протянутой руки небольшую розетку с красной икрой местного производства, которую продавали во всех "русских" магазинах. Я едва сдержался, чтобы не прыснуть. Обстановка начала напоминать ужин у старосветских помещиков. Какая-то невероятная метаморфоза. Начало третьего тысячелетия, Америка, а тут - чистый водевиль!
Reply With Quote
