Вторжение РФии в Украину......

[Сиамчик]

Я ем постоянно щас.
Вчера 2 хурмы съел, а мандарины так каждый день штук по пять ем.

У меня две лежат. Доспевают

[Izolda]

Ну тебе положено так думать.И это же не взятка была, а дань уважения - способность покупать дефицитные товары по госцене.Заходишь в магазин, а там пустые полки. Достаешь проявитель - служебное удостоверение и на полках сразу появляются товары.

Дорогой Стайл.. когда были пустые полки? В 60? в 50? в 70? на ДВ они стали пустеть после твоего любимого горбачёва, в конце 80. Может в твоей деревне они были пустыми всегда, чему я не удивляюсь.. Ни польтА, ни огурца. бедный, бедный, бедный стайл... Ну и контрольный тебе в голову, я и бананы не любила в СССР, хотя были очереди, и апельсины тоже.. не люблю и сейчас.. а вот обожала цветную капусту (как и сейчас)

[Izolda]

В русском же есть

здесь нет. Куплю в три дорога, что делать.. Спрячу и достану на новый год, как робсон)))))

[STYLE]

стоит... жрёт.... (ц). Угадай, кто это написал? Я обожаю эту цитату.

Не знаю. Я такие фильмы не смотрю, если это из фильма.

[Izolda]

Не знаю. Я такие фильмы не смотрю, если это из фильма.

Книга. Рассказ М Зощенко. Аристократка. У нас дома были его книги, я его обожаю с детства. Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках. Ежели баба в шляпке, ежели чулочки на ней фильдекосовые, или мопсик у ней на руках, или зуб золотой, то такая аристократка мне и не баба вовсе, а гладкое место.А в свое время я, конечно, увлекался одной аристократкой. Гулял с ней, и в театр водил. В театре-то все и вышло. В театре она и развернула свою идеологию во всем объеме.А встретился я с ней во дворе дома. На собрании. Гляжу, стоит этакая фря. Чулочки на ней, зуб золоченый.– Откуда, – говорю, – ты, гражданка? Из какого номера?– Я, – говорит, – из седьмого.– Пожалуйста, – говорю, – живите.И сразу как-то она мне ужасно понравилась. Зачастил я к ней. В седьмой номер. Бывало, приду, как лицо официальное. Дескать, как у вас, гражданка, в смысле порчи водопровода и уборной? Действует?– Да, – отвечает, – действует.И сама кутается в байковый платок, и ни мур-мур больше. Только глазами стрижет. И зуб во рте блестит. Походил я к ней месяц – привыкла. Стала подробней отвечать. Дескать, действует водопровод, спасибо вам, Григорий Иванович.Дальше – больше, стали мы с ней по улицам гулять. Выйдем на улицу, а она велит себя под руку принять. Приму ее под руку и волочусь, что щука. И чего сказать – не знаю, и перед народом совестно.Ну а раз она мне и говорит:– Что вы, говорит, меня все по улицам водите? Аж голова закрутилась. Вы бы, говорит, как кавалер и у власти, сводили бы меня, например, в театр.– Можно, – говорю.И как раз на другой день прислала комячейка билеты в оперу. Один билет я получил, а другой мне Васька-слесарь пожертвовал.На билеты я не посмотрел, а они разные. Который мой – внизу сидеть, а который Васькин – аж на самой галерейке.Вот мы и пошли. Сели в театр. Она села на мой билет, я на Васькин. Сижу на верхотурьи и ни хрена не вижу. А ежели нагнуться через барьер, то ее вижу. Хотя плохо.Поскучал я, поскучал, вниз сошел. Гляжу – антракт. А она в антракте ходит.– Здравствуйте, – говорю.– Здравствуйте.– Интересно, – говорю, – действует ли тут водопровод?– Не знаю, – говорит.И сама в буфет прет. Я за ней. Ходит она по буфету и на стойку смотрит. А на стойке блюдо. На блюде пирожные.А я этаким гусем, этаким буржуем нерезанным вьюсь вокруг нее и предлагаю:– Ежели, – говорю, – вам охота скушать одно пирожное, то не стесняйтесь. Я заплачу.– Мерси, – говорит.И вдруг подходит развратной походкой к блюду и цоп с кремом и жрет.А денег у меня – кот наплакал. Самое большое что на три пирожных. Она кушает, а я с беспокойством по карманам шарю, смотрю рукой, сколько у меня денег. А денег – с гулькин нос.Съела она с кремом, цоп другое. Я аж крякнул. И молчу. Взяла меня этакая буржуйская стыдливость. Дескать, кавалер, а не при деньгах.Я хожу вокруг нее, что петух, а она хохочет и на комплименты напрашивается.Я говорю:– Не пора ли нам в театр сесть? Звонили, может быть.А она говорит:– Нет.И берет третье. Я говорю:– Натощак – не много ли? Может вытошнить.А она:– Нет, – говорит, – мы привыкшие.И берет четвертое. Тут ударила мне кровь в голову.– Ложи, – говорю, – взад!А она испужалась. Открыла рот. А во рте зуб блестит. А мне будто попала вожжа под хвост. Все равно, думаю, теперь с ней не гулять.– Ложи, – говорю, – к чертовой матери!Положила она назад. А я говорю хозяину:– Сколько с нас за скушанные три пирожные?А хозяин держится индифферентно – ваньку валяет.– С вас, – говорит, – за скушанные четыре штуки столько-то.– Как, – говорю, – за четыре? Когда четвертое в блюде находится.– Нету, – отвечает, – хотя оно и в блюде находится, но надкус на ем сделан и пальцем смято.– Как, – говорю, – надкус, помилуйте. Это ваши смешные фантазии.А хозяин держится индифферентно – перед рожей руками крутит.Ну, народ, конечно, собрался. Эксперты. Одни говорят – надкус сделан, другие – нету.А я вывернул карманы – всякое, конечно, барахло на пол вывалилось – народ хохочет. А мне не смешно. Я деньги считаю.Сосчитал деньги – в обрез за четыре штуки. Зря, мать честная, спорил.Заплатил. Обращаюсь к даме:– Докушивайте, – говорю, – гражданка. Заплачено.А дама не двигается. И конфузится докушивать.А тут какой-то дядя ввязался.– Давай, – говорит, – я докушаю.И докушал, сволочь. За мои деньги.Сели мы в театр. Досмотрели оперу. И домой. А у дома она мне и говорит:– Довольно свинство с вашей стороны. Которые без денег – не ездют с дамами.А я говорю:– Не в деньгах, гражданка, счастье. Извините за выражение.Так мы с ней и разошлись. Не нравятся мне аристократки.

[Сиамчик]

В холфуде салат из цветной капусты.

Фкусный


Щас попробую рецепт найти

[Izolda]

В холфуде салат из цветной капусты.ФкусныйЩас попробую рецепт найти

давай)

[Сиамчик]

давай)

Ой . Он из брокколи. Я их вечно путаю

[Izolda]

Ой . Он из брокколи. Я их вечно путаю

индусы делают такую вкусную цветную капусту, но там дип фрай, я так не готовлю.. Но у них в ресторанax такое заказываю.

[Сиамчик]