Пленные с удивлением, переходящим в отчаяние, узнают от корреспондента «Новой газеты», что со службы их уволили задним числом. Жалуются, что их до сих пор не посетили сотрудники российского посольства. Хотя уже были представители ОБСЕ, Красного Креста, психологи, адвокаты. «Просто такая ситуация, информационный вакуум, к нам никто не приходит из нашего как бы посольства, никто с нами не встречается», — говорит журналисту Евгений Ерофеев.
Сотрудники «как бы посольства», в свою очередь, спустя неcколько суток после задержания стали утверждать, что украинцы намеренно не пускают их к пленным. Чуть раньше дипломатов на ситуацию отреагировали в Минобороны РФ, заявив, что задержанные не являются действующими военнослужащими. И только через неделю к обсуждению подключился пресс-секретарь президента: «Это граждане России, которые находятся в плену. Российская сторона принимает необходимые меры для их вызволения из плена».
Солдаты — и которые тут, и которые «там» — всегда должны чувствовать заботу страны о своей судьбе. Мощный тыл. Сегодня, выходит, они чувствуют лишь то, что их официально не признают. Что они не офицеры ГРУ, никакая не армейская элита, исполняющая ответственное задание Родины во имя высоких государственных целей. Теперь они какая-то мифическая «народная милиция ЛНР».