Дальше события развивались так. Путин летает со стерхами и выигрывает очередные выборы со счетом 75%, из них 45 – реальные. Это менты, врачи, учителя, чиновники и работники госпредприятий, производящих все больше и больше никому не нужной продукции. Россия экспортирует нефть и импортирует все остальное, больше половины населения составляют госзависимые. Так как в стране не демократия, они получают не по тысяче долларов на нос, а по сотне. И так как в стране не демократия, а главный – стерх, они его обожают. 23 триллиона на госзаказ распилено, из них 15 ушло на виллы в Ницце, еще на 8 выпускают танки времен изгнания из Кремля поляков и стратегические ракеты из картона.
Тем временем мир тоже не стоит на месте, Евросоюз накрывается медным тазом. Преемник Обамы доводит госдолг США до 30 триллионов долларов, США тоже накрываются, все переходят с евро и доллара на марку. Из-за дорогой марки немецкая продукция становится неконкурентоспособной и марка накрывается тоже.
Китай – единственная в мире рыночная страна, которая не погибает под гнетом популизма, начинает сбоить. Неприятности Китая нескольких родов. Европа и США закрыли свои рынки со словами «Нет дешевым китайским товарам». Во-вторых, делать как в Китае научились многие, включая Вьетнам, Бирму и какую-нибудь Северную Корею, где, наконец, пал режим Чучхе. На мировой рынок труда выплеснулась рабочая сила вдесятеро дешевле китайской. И хотя Китай по-прежнему имеет серьезное преимущество, его квалифицированная рабочая сила может моментально в отличие от Европы перенастроить выпуск продукции, она уже не так дешева. Притом эта рабочая сила требует профсоюзов, средний класс требует свободы. По мере замедления экономического роста эти требования все громче. Ах да, там Европа время от времени просыпается, тычет в Китай пальцем и кричит «А где демократия?» Она кричит уже довольно громко, потому что теперь это не только абстрактный крик, но и способ расшатать пугающего гиганта.
Какой выход? Правильно, война. Не против Тайваня. Тайвань к этому времени давно съеден, переварен, сам попросился в желудок Китая. Война очевидна против северного соседа, у которого территория есть, а армии нету. А как тем временем живет сосед? Нефть подешевела, в стране больше ничего нет, люмпен не получает даже своих 100 долларов. Что делает люмпен? Правильно: он бьет косоглазых: «Гады! Украли работу!» В Москве он бьет таджиков, за Уралом – китайцев. Китайцев он режет даже охотнее, потому что Китаец в отличие от таджика богат. Когда громишь таджика, получаешь только моральное удовлетворение, а, вот, китаец – у него там машина в доме, телевизор, даешь Хрустальную ночь. Вот вам предлог для войны. И даже не предлог, а целый повод.
Китайское правительство, конечно, не может остаться равнодушным к погромам по ту сторону границы. Заметьте, между прочим, что война по-прежнему экономически невыгодна. Резоны войны другие – единение нации, не время говорить о демократии, спасем сограждан, накажем русских погромщиков и так далее. А армии-то у русских нету. Виллы в Ницце воюют плохо. Китайская армия обрушивается на российскую как кувалда на яйцо. Россия отступает до Урала. Хорошо, если дело обойдется без ядерных ударов, а то выяснится, что ракеты в российских шахтах начинаются на букву «М».
Завоевать всю Россию при этом, естественно, нельзя. Если есть какое-то геостратегическое качество России на протяжении веков, так это то, что ее физически нельзя завоевать, хоть с Запада ешь, хоть с Востока. Даже в китайскую глотку Россия целиком не влезет, да Китаю и не надо – ему нужна была маленькая победоносная война, а не большая грязная Россия.
Какой самый главный эффект войны? Она обнуляет социальные обязательства. На месте российских городов – спекшиеся воронки, под Москвой беженцы из Владивостока рассказывают про резню, ни денег, ни хлеба, ни карточек. Ну, какое тут производство картонных танков в обмен на социальную покорность? Что происходит? Правильно: военный переворот. Уцелевшие остатки армии, которые остановили китайцев (а они, может, остановились сами из-за растянутых коммуникаций) берут главного стерха и отправляют его в вечный полет. И, знаете, кем они объявляют? Правильно: китайским шпионом. К тому же относительно половины его чиновников это к этому времени, возможно, является правдой. Что происходит дальше? Напоминаю, что у нового правительства 0 социальных обязательств, все обнулено. Света нет, тепла нет, еды нет, нефти, возможно, тоже нет. Там, 100 или меньше миллионов уцелевшего населения России никто по случаю скверного состояния мировой экономики не собирается кормить, да это и не Сектор Газа, не прокормишь. В этих условиях даже самый люмпенистый люмпен понимает, что он выживет, только если начнет работать. У нового правительства нет обязательств перед народом, свою легитимность оно не черпает из большинства. Даже если бы европейская социалистическая модель вызывала у него теоретическое почтение, воплотить эту модель всеобщего иждивенчества в условиях отсутствия воды, газа и электричества нет возможности. Что происходит дальше? Новая власть заимствует модель у победителей, китайскую модель. Это всегда так в истории. Если нацию победили, то если она хочет выжить, она учится у победителей – единственный способ накормить население.
Россия унижена, растоптана, оскорблена, ее территория кончается от Урала, но эта территория впервые имеет некую связность – с нее поисчезала бюрократия, вшам нечем кормиться. Беженцы из-под Иркутска рассказывают, как они бежали по сибирскому снегу, но они готовы работать за грош.
А, ведь, в России остаются свои преимущества. Образование, как ни развращай, все равно лучше, чем в Зимбабве. В Россию приходят сборочные производства, диаспоры возвращаются. Тот русский, который 20 лет назад переехал в Лос-Анджелес и забыл о родине, при виде национального унижения вспоминает, что он – русский. Возрождается настоящий патриотизм. Не тот квасной у ряженого казака с медалью «За день рождения», который марширует по улицам 4 ноября, и со свастикой, а настоящий патриотизм, который только и обретается в страшной беде. Притом этот патриотизм эмигранта подкрепляется разумной выгодой: в США – стагнация, в Европе – кризис, почему бы не вложить деньги в Россию? Так начинается возрождение нации. Конец утопии или антиутопии и программы на эту неделю. И это просто сказка. Но сказка о том, что пути истории непредсказуемы. Это единственное, что можно сказать об истории и будущем со стопроцентной уверенностью."
Читать полностью:
http://www.echo.msk.ru/programs/code.../#element-text
Футурологический прогноз Ю.Латыниной.
Reply With Quote
Originally Posted by Miguel_Cordona
