Wow! Они и о "теории драйвов" начали писать!!!! :leader:
http://azps.ru/hrest/80/2873515.html
Интересно - неужели у психоаналитиков мысли "не сопровождаются эмоциональными состояниями"? :grum: Вообще-то в психиатрии эта самая "эмоциональная холодность" считается одним из признаков "нервно-психического расстройства".Подсознательные силы, влияющие на мышление и поведение человека, имеют свои глубинные корни, закладывающиеся в момент появления человека на свет, а возможно, и в более ранний период. Эмоции, связанные с ранним периодом жизни и во многом основанные на инстинктах, оказывают влияние на человека в течение всей его жизни. Инстинкт человека имеет всегда какое - то психологическое содержание. Поэтому целесообразно использовать термин "драйв", включающий в себя не только инстинкт, но и его психологический компонент. Драйвы могут быть очень разными.
Представляется возможным выделить большое количество драйвов, таких, например, как сексуальный, самосохранения, любознательности, интереса, аутодеструкции, религиозное чувство, драйв удовлетворения аппетита и др. В связи с признанием влияния подсознания на возникновение драйвов, стимулирующих развитие различных мотиваций, не находящихся в сфере сознания, специалисты приходят к выводу о том, что нельзя чрезмерно доверять сознательному опыту, так как всегда есть компонент, выходящий за его пределы. Например, вопрос о том, почему человек совершил определенное действие, как правило, не вызывает у него никаких затруднений. Но, тем не менее, важно понимать, что определенные детерминанты его поступка находятся за пределами сознательного осмысления. Анализ психической структуры оперирует выделением сферы сознания, предсознания и подсознания. Сознательный уровень включает в себя переживания, осознаваемые человеком, воспоминания, могущие быть достоверными, а чаще всего не вполне достоверными, действия, осуществляемые с интенцией, удерживаемой в сознании. Сознание функционирует реалистическим образом, используя правила пространства и времени. Человеку присуща тенденция идентифицировать себя со своим сознанием, он "осознает" свое сознание, акцептируя сознание как собственное "Я". Предсознательный уровень выделяется в связи с тем, что зная о существовании большинства вещей, человек не фокусирует на них свое внимание. Необходимо проделывание определенной внутренней работы для фокусировки сознания на чем - то более важном, чем - то, что окружает человека в данный момент. При необходимости что - либо вспомнить человек смещает фокус восприятия реальности на свои более глубокие психологические структуры. Смещение фокуса, например, происходит в направлении того, что происходило когда - либо давно, от того, что происходило в более ранние периоды времени. Предсознание относится к воспоминанию того материала, который может быть осознан легко, без напряжения, при готовности вспомнить происходящее. Приятное событие, как правило, вспоминается легко на фоне повышенного настроения. Из этого следует заключение, касающееся фундаментального содержания предсознания, которое в своей основе не отличается от содержания сознания. Событие, включенное в предсознание, становится сознанием и наоборот. Такой переход происходит чрезвычайно легко. Мысли человека во время этого процесса могут сопровождаться различными эмоциональными состояниями, образами в воображении и пр. Подсознательный уровень относится к не осознаваемым человеком психическим процессам, которые воспроизводятся им с большим трудом. Этот процесс нельзя назвать простым и плавным, ибо почти всегда наличествует стремление подавить какие - то мысли, не думать о каких - то событиях, отвлечься от них. Определенная работа по переводу в сознание репрессированного в подсознание материала связана с необходимостью преодоления неприятного ощущения, иногда с возникновением тревоги и депрессии. Репрессированный материал всегда "сопротивляется" своему переходу в сознание. Травматичность перехода обусловлена тем, что содержания, находящиеся в подсознании, отражают неприятные события, происходившие с человеком, унижающие его, связанные с эмоциональной болью. Травматичность событий прошлого бывает связана не только со страхом, но и с отрицательным влиянием на достоинство человека, на снижение его самооценки, с несбывшимися желаниями, которые не были реализованы и которые в настоящий момент отрицаются. Современный психоанализ предлагает относиться к несбывшимся желаниям прошлого более дистантно, не отрицая серьезности их значения. Нереализованные желания вызывают тревогу в том случае, если человек стесняется своего желания, поскольку оно ставит его в унизительное положение. Истинное желание сдерживается сознанием, рассматривающим его как нечто плохое, недостойное. Метафорическое толкование подсознания признает наличие в нем большого количества неприятной информации, определяет его как "мусорный ящик с отходами" сознания.
А-а-а!!!! У них мысли сопровождаются "фобиями"!!!!! :leader:
http://news.siteua.org/%D0%A1%D1%82%...B1%D0%B8%D0%B8
А
Автофобия - Боязнь одиночества.
Аглиофобия - Боязнь боли.
Агорафобия - Опасение открытых площадей или толп.
Айчмофобия - Боязнь игл и других острых предметов.
Акрофобия - Страх высоты.
Амаксофобия - Боязнь езды в автомобиле.
Анджинофобия - Боязнь ангины или удушья.
Андрофобия - Боязнь мужчин.
Антропофобия - Страх пред людьми или обществом.
Антрофобия - Опасение цветов (растительность).
Аракнофобия - Боязнь пауков.
Аритмофобия - Боязнь чисел.
Астрафобия - Боязнь грома и молнии.
Атаксофобия - Боязнь беспорядков и неакуратности.
Ателофобия - Страх несовершенства.
Атичифобия - Страх перед неудачей.
Афэнфосмфобия - Страх касания.
Ачлуофобия - Боязнь темноты.
Б
Бактериофобия - Страх перед бактериями.
Барофобия - Страх силы тяжести.
Батмофобия - Боязнь лестниц и крутых склонов.
Батрачофобия - Страх - земноводных.
Белонефобия - Боязнь булавок и игл.
Библайофобия - Страх перед книгами.
Ботанофобия - Страх растений.
В
Венастрафобия - Страх перед красивыми женщинами.
Верминофобия - Страх перед микробами.
Виккафобия - Страх перед ведьмами и колдовством.
Г
Гамофобия - Боязнь брака.
Генуфобия - Страх перед коленями.
Гидрофобия - Страх воды.
Гинофобия - Боязнь женщин.
Глоссофобия - Страх выступать публично.
Д
Дендрофобия - Страх перед деревьями.
Дентофобия - Страх перед стоматологами.
Дистичифобия - Боязнь несчастных случаев.
Доматофобия - Страх перед зданиями.
З
Зоофобия - Страх перед животными.
И
Инсектофобия - Страх перед насекомыми.
Й
Йатрофобия - Страх врачей.
К
Какофобия - Страх уродства.
Катаджелофобия - Страх быть объектом насмешек.
Катоптрофобия - Страх перед зеркалами.
Киберфобия - Страх перед компьютерами.
Клаустрофобия - Страх замкнутых пространств.
Коинонифобия - Страх комнат.
Коулрофобия - Боязнь клоуны.
Ксенофобия - Боязнь незнакомых или иностранцев.
Л
Леукофобия - Страх перед белым цветом.
Лилапсофобия - Боязнь торнадо и ураганов.
Локайофобия - Страх перед родами.
М
Маджейрокофобия - Страх перед приготовлением пищи.
Меланофобия - Страх перед черным цветом.
Мизофобия - Боязнь грязи и микробов.
Микрофобия - Боязнь малых вещей.
Н
Некрофобия - Страх смерти и вещей умерших.
Нозокомефобия - Страх перед больницами.
Ноктифобия - Страх перед ночью.
О
Обезофобия - Страх потолстеть.
Октофобия - Страх потерять фигуру.
Омброфобия - Страх перед дождем.
Орнайтофобия - Боязнь птиц.
Офидайофобия - Страх перед змеями.
П
Папирофобия - Боязнь бумаги.
Патофобия - Страх перед заболеванием.
Педофобия - Страх перед детьми.
Пирофобия - Боязнь огня.
Подофобия - Страх перед ногами.
Порфирофобия - Страх перед фиолетовым цветом.
Птеридофобия - Страх папоротников.
Птеромерханофобия - Страх перед полетами.
С
Селенофобия - Боязнь луны.
Сколайонофобия - Боязнь школы.
Сомнифобия - Страх сна.
Социофобия - Страх социальной оценки.
Т
Тачофобия - Боязнь скорости.
Технофобия - Боязнь техники.
Тонитрофобия - Боязнь грома.
Трайпанофобия - Боязнь уколов.
Ф
Филофобия - Боязнь любви.
Фобофобия - Боязнь фобии.
Х
Хелайофобия - Боязнь солнца.
Хемофобия - Боязнь крови.
Херпетофобия - Страх пресмыкающихся.
Хромофобия - Боязнь цвета.
Хрономентрофобия - Страх перед часами.
Ц
Цинофобия - Боязнь собак.
Ч
Чайонофобия - Страх перед снегом.
Э
Экофобия - Боязнь дома (места жительства).
Экуинофобия - Боязнь лошадей.
Элерофобия - Страх перед кошками.
Энтомофобия - Страх перед насекомыми.
Эфебифобия - Страх перед подростками.
http://www.evrey.com/sitep/psycholog....php3?menu=265
Само слово «нарциссизм» (самолюбование) — раскрывает суть данного вида нарушения психики. Людям с такими расстройствами свойственно ощущение явно преувеличенной собственной значимости и исключительности. Другие люди в их представлении — просто «пигмеи», не заслуживающие какого бы то ни было внимания.
В большинстве специальных справочников выделяют девять основных симптомов данной болезни. В том числе — социальная изолированность; навязчивая потребность в восхищении окружающих; атрофия способности к сопереживанию и адекватной оценке воздействия их слов и поступков на тех, с кем они контактируют; излишняя гневливость и импульсивность (до полной потери контроля над собой), склонность к оторванным от реальности фантазиям о роскошной, ослепительной жизни.
Психиатры и клинические психологи полагают, что возникновение нарциссического расстройства личности часто связано с уязвимостью, неудовлетворенностью и неуверенностью в себе, которую пациенты испытывали в детстве. Но, независимо от того, какие причины спровоцировали отклонение от «нормы», все пациенты, страдающие данным заболеванием, ведут себя как самовлюбленные, недалекого ума люди.
Они постоянно преувеличивают свои профессиональные достижения, в то время как действия друзей и близких всегда для них — предмет для сомнений и критики. «Нарциссы» не способны объективно оценивать собственные таланты, образование и знания. Отсюда — ощущение, что нигде и никто не в состоянии понять их и создать им условия, которых они достойны «в действительности». Уровень реальных доходов не имеет для них принципиального значения — они в любом случае причисляют себя к «высшим, привилегированным слоям общества».
Состояние этих людей часто усугубляется депрессиями, злоупотреблением наркотиками и алкоголем, что неизбежно влечет за собой развитие других заболеваний психики — параноидного или пограничного расстройства личности, маниакально-депрессивного психоза и т.п.
Наиболее тяжелые случаи нарциссического расстройства личности могут привести к насилию. Особенно — если в таком человеке рождается чувство, что придуманная им концепция жизни и его места в ней — «под угрозой».
В этих обстоятельствах нарцистическое расстройство личности нередко «перешагивает» в область юриспруденции — когда человек, страдающий этим заболеванием, в стремлении ликвидировать «угрозу» и, утратив контроль над собой, совершает преступление. И тут возникает серьезный вопрос: освобождает ли нарциссическое нарушение от строгого, соответствующего тяжести преступления, наказания?
Широко известным «классическим» примером здесь может послужить сравнительно недавний судебный процесс по делу гражданина США Кристиана Лонго, который в 2001-м году убил жену и троих детей. Адвокат обвиняемого, пытаясь смягчить наказание, строил свою защиту на утверждении, что Лонго — психически болен, и убил, потому что семья мешала ему достичь «достойного» уровня жизни, о котором он грезил. Защита, разумеется, могла надеяться только на то, что психическое расстройство послужит смягчающим обстоятельством, что заставит судью вынести менее суровый приговор. Суд, тем не менее, игнорировал подобные доводы, и Лонго, в конце концов, приговорили к смертной казни.
Приведенный пример демонстрирует, что нарциссическое расстройство личности не может исправно служить в качестве аргумента в защиту обвиняемого. Официальной статистики, подтверждающей эффективность такой «смягчающей» стратегии — не существует. Более того, адвокатам крайне редко удавалось использовать факт констатации данного заболевания для выстраивания защиты на «невменяемости» подсудимого. Ибо любой «нарцисс», независимо от степени погруженности в это состояние, все же может отличать белое — от черного, реальность — от вымысла.
Не так давно перед судом по обвинению в убийстве офицера полиции, не исполнявшего в тот роковой момент служебные обязанности, предстал уроженец Южной Дакоты (США) Кеннет Леон Мартин. Его адвокаты пытались доказать, что причиной убийства стало нарциссическое нарушение личности, которым страдал Мартин — он вообразил, что способен, подобно всемогущим целителям, которых он видел в телевизионной передаче, воскресить жертву из мертвых. И — произвел «эксперимент». Однако Мартину был вынесен суровый обвинительный приговор. Психиатр со стороны обвинения убедил суд присяжных в том, что Мартин, несмотря на то, что имеет психическое отклонение, прекрасно понимал, что убийство безоружного человека — преступление.
Новая методология, предложенная Корниловым, была ориентирована на изучение „динамических аспектов“ реакции. В соответствии с ней была несколько видоизменена (но не так сильно, чтобы можно было говорить об отходе от вундтовской методологии) схема эксперимента. Теперь стали регистрироваться, кроме скорости реакции („временной момент“), и другие ее характеристики: показатели интенсивности, или силы, реакции („динамический момент“) и ее формы, т.е. пройденный работающим органом путь и скорость его движения („моторный момент“). Для этого Корниловым был сконструирован специальный прибор — „динамоскоп“, позволяющий регистрировать скорость реакции (при помощи хроноскопа), ее интенсивность (по силе нажатия руки на специальный ключ) и форму (при помощи кимографа). При этом „динамоскоп“ должен был служить средством измерения умственного напряжения — на основе того предположения, что чем слабее нажим, тем сложнее умственная задача.
На протяжении почти десяти лет Корнилов проводил экспериментальную работу, которая включала в себя тысячи опытов (около восьми тысяч, если считать и первые два цикла), по–видимому, чрезвычайно утомительных и для экспериментатора, и для испытуемых. Интересно отметить, что через эти опыты в качестве испытуемых прошли В.М. Экземплярский, П.А. Рудик, С.В. Кравков, Н.Ф. Добрынин, А.А. Смирнов, П.А. Шеварев, П.М. Якобсон и др. — выдержав здесь проверку на „выносливость“, позже они были приняты в когорту „избранных“, приступивших к построению советской психологии. В всех этих опытах Корнилов попытался доказать истинность своих представлений — о том, что центральные и периферические компоненты реакции находятся в обратно пропорциональной зависимости, а между скоростью и силой реакции существуют прямо пропорциональные отношения. Но уже с самого начала эта попытка была обречена на неудачу. И не только из–за ошибочности исходных теоретических представлений. Корнилов, человек определенно практической, а не теоретической ориентации, был более склонен давать ответы, важные для конкретного применения, нежели от одного вопроса идти к другому. И в тех данных, которые он получал в экспериментах, он видел лишь то, что соответствовало его гипотезам, а все остальное или просто не воспринимал, или (после знакомства с диалектикой) трактовал как проявление диалектического противоречия. Фактически, не было получено никаких серьезных подтверждений исходных гипотез, но разбиение исследования на циклы — исследование „натуральных“, „сенсорных“, „моторных“ и прочих реакций — позволило ему анализировать лишь те циклы, в которых было хотя бы какое–нибудь согласование с исходными положениями. В частности, показатели минимальной связи скорости и силы реакции были получены лишь на „сенсорных“ реакциях, а на „натуральных“ и „моторных“ такой связи выявлено не было. Перейдя от простых двигательных реакций к сложным (различение, узнавание, выбор), Корнилов „зафиксировал“, что при таком переходе сила ответного движения уменьшается (в действительности, не увеличивается). На основании этого он сделал категорическое заключение: „Чем больше усложняется и становится напряженным центральный мыслительный процесс, тем менее интенсивным становится внешнее выявление движения“(12, 94).
Еще менее связанными с экспериментальными данными, хотя, может быть, и более правильными, были общие постулаты, которые Корнилов в полном виде сформулировал в своей работе „Учение о реакциях человека...“. Эта работа была представлена как диссертация, хотя в корне противоречила Челпанову, начиная с отчетливо сформулированного требования отделения психологии от философии (которое в устной форме прозвучало еще в 1913 г. в выступлении Корнилова на II–ом Всероссийском съезде по экспериментальной педагогике). Здесь был дан очерк новой, разрабатываемой Корниловым психологии, получившей название реактологии. Ключевое понятие этой науки — понятие реакции, которое охватывало любое жизненное проявление и представляло собой акт биологического порядка, характеризующий взаимосвязь организма и окружающей среды. Реакция — это целостная функция организма, где существует и физиологическая сторона, и ее интроспективное представление: то, что мы субъективно воспринимаем как психические процессы, объективно является не чем иным, как особым проявлением „нервной энергии“. И если в неорганическом мире происходит лишь зарождение активности в форме движения, то в органическом мире разряды этой „нервной энергии“, наряду с движением, влекут за собой и то, что мы называем одушевленностью. Реакция представляет собой единицу анализа поведения как человека, так и простейших организмов, но реактология призвана изучать прежде всего человеческое поведение, понимаемое как совокупность реакций на био–социальные раздражители. Кстати, в сравнении с американским бихевиоризмом реактология имела ту очень существенную особенность, что экспериментальная ситуация в ней понималась значительно шире: „Как сенсорный, так и двигательный моменты в акте реакции бывают даны в скрытой форме, не как ответ на внешние раздражители окружающей среды, а как ответ на раздражение внутреннего порядка“ (12, 12). Поэтому, хотя всякий процесс в психике является лишь реакцией, в результате мысленного абстрагирования реакцию можно разложить, выделив в ее структуре три компонента: сенсорный — раздражение органа, центральный — процесс в центральной нервной системе, моторный — двигательный импульс. Чуть–чуть иначе это было выражено так: „Первично данным проявлением психики служит акт реакции, включающий в себя и интеллектуальные, и эмоциональные, и волевые моменты“ (12, 126). В этой формулировке можно было бы увидеть зачатки идеи, развиваемой позже Л.С. Выготским, но в действительности Корнилов вносил в нее очень простое содержание — в настоящее время, в силу исключительно методической ограниченности, мы можем судить о психической жизни, точнее, о количестве психической энергии, тратимой на те или иные субъективные процессы, лишь косвенно, по тому остатку, который растрачивается на конечном этапе реакции — в движении. Таким образом, реакция для Корнилова была прежде всего формой — которую можно объективно зафиксировать — проявления движения „нервной энергии“.
Пытаясь конкретизировать постулат о „нервной энергии“, и давая при этом достаточно тенденциозные интерпретации своих экспериментальных данных, он сформулировал так называемый „психологический закон однополюсной траты энергии“. Организм, по его мнению, располагает ограниченным количеством „энергии“, которая может тратиться либо в умственной (центральной) системе, либо в двигательной (периферической). Трудно удержаться, чтобы не привести здесь иллюстрацию, которую дает Корнилов своему „закону“: „В то время, как какой–нибудь земледелец или шахтер со всем напряжением своих мускулов, так что дымится тело и рубашка, держит нижнее do, интеллигент заливается на верхнем si, напрягая свою мозговую работу иногда до того, что дымится череп. Но по существу вся разница между ними лишь чисто локального порядка: и тот и другой оплачивает свою работу тратой одной и той же физической энергией, только один затрачивает ее периферически, другой — центрально“ (12, 152). На этом же основании был сделан вывод — уже философского плана — о противоположности интеллекта и воли.
There are currently 1 users browsing this thread. (0 members and 1 guests)
|
|
Terms of Service | Privacy Policy |
|