Айсман

[eisman]

..."Дойче зольдатен унд официрен..." - подхватил было пастор, отхлебнув из рюмки... и вдруг, сбившись на голос вокалиста AC/DC выкрикнул:
..."Нортон командер унд виндуза!"...
- "Чё-о-о?..." - истошно завыл Айсман в наступившей тишине.
- "Тваюж мать, пастор" - прошептал Штирлиц, пряча от греха бутылку водки под стол - "Учите уже хохдойч и тексты патриотических песен".
- А как ты мне, змея одноглазая, третьего дня по беспределу "Аве Марию" испохабил? - подлил масла в огонь насупившийся пастор.
- Не! Я не понял - чё эта шкварота квакнула, - бакланил Айсман схватив вилку, - Парву! Занавеска церковная!... Штирлиц - пусти падла! Какая на... аве видуза!!
- Заткнись уже, бычара беспантовый, - вежливо вставил Штирлиц - ты ж этак последний глаз пробазаришь...
- Не! А... а чё он меня провоцирует? Чё? Терпилу нашли, демоны запомоенные?! - неунимался Айсман, - всех на парежу-у, валки-и!!
Штирлиц примиряюще похлопал Айсмана по плечу "и со всего размаха ударил его по голове граненой бутылкой"(с).
- Ну вот и отдохнули...- тихо сказал Штирлиц пастору, вытерая руку салфеткой, - звони в трезвяк, Нортон Командер - тут он мне не нужен... ещё и скатёрку юшкой залил, быдлан... ну не можешь пить без палива, кули пить?...

[Юнона]

Ослик(ц. Юнона)

Чё ты дразнишься? :nafig:

[На качелях...]

А че ты на меня вниманиев не обращаешь... :27:

[Юнона]

А че ты на меня вниманиев не обращаешь... :27:

Так ты спишь :ponder: Спрятался под сомбрерой и спишь :rolleyes:

[На качелях...]

А у меня двуспальная сомбрера... :oops: :27:

[Vitta]

Эй ослики, вы чего в такой талантливой теме флудите?

[Юнона]

А у меня двуспальная сомбрера... :oops: :27:

А у меня, у меня... у меня трехспальная! Вот!!!

[Lustful Angel]

Эй ослики, вы чего в такой талантливой теме флудите?

Да уж... Разрезвились ослики... Не на шутку... :twisted:

[tia_buena]

Айсман шёл на лыжах по правую сторону от финской границы.

"Может свернуть налево? - просвистела шальная мысль в лысой голове. Следом чёрно-белым рядом поплыли картинки: партсобрание по поводу аморального поведения с суровым Мюллером, глумливый Холтофф с издевательски порнографичной стенгазетой, беспощадная фрау Айсман с огромной скалкой букового дерева...
Айсман поёжился и двинулся дальше. .

... шел снег , подмораживало
Гаврила шагал устало где-то в стороне.
"Ему порою трудно":
Мысленно определял состояние Гаврилкина, Айсман
"Но он справляется, хоть нервы - никуда".

"Может свернуть налево? - просвистела шальная мысль в лысой голове.

Вдруг сердце стало как-то часто биться...
Ведь Айсманн недоверчив, как лиса:
Вон, Мюллер тоже обещал жениться,
И даже не один, а два разА...

И вспоминалось: в просторном кабинете,
На кожаном расстеленном плаще...
О чем он думал?! Ведь могли быть дети!
Или чего похуже. И ваще...(ц)

И снова Айсман опечален:
Радистка Кет
Такая женщина!
Опять спасенья нет!

Тут Айсман вспомнил!!
мешок с шифровками
...и рация... 8O

[LaFemmeGavrila]

...Голова очереди терялась где-то там, за поворотом на Фридрихштрассе. Вечерело и становилось откровенно морозно. Мюллер и Айсман угрюмо притоптывали озябшими ногами. "Группенфюрер", - Айсман спрятал в карманы шинели посиневшие кулаки, - "а вот люди Шеленберга сдали посуду еще вчера". Мюллер поморщился - он знал, что Штирлиц вчера вступал в радиосвязь с русской пианисткой и поэтому просто-таки физически не мог успеть до закрытия, но он не знал, знает ли об этом Айсман. Однако Айсман уже не слушал Мюллера, его внимание было приковано к человеку, пытавшемуся пролезть без очереди - что-то до боли знакомое проглядывало в черной шинели с погонами штандартенфюрера и в той сноровке профессионала, с которой человек оберегал прижатый к груди стеклянно позвякивающий чехол от рации. Мюллер тоже проследил за взглядом Айсмана: "Я всегда симпатизировал Штирлицу. Он - молчун. Я уважаю молчунов. Уж если молчун - враг, так это - враг, а если - друг..." Они заметили, что, достигнув прилавка, Штирлиц делает приглашающие жесты. "...Так это - ДРУГ!" - закончил Мюллер, протискиваясь вперед и яростно работая локтями. "Мы занимали, мы занимали! Да занимали же мы, доннерветтер вашу муттер - вон, товарищ нам очередь держит!" - прикрывая шефа сзади, Айсман оставался предельно честным перед самим собой, что и определяло все его дальнейшие поступки...