Я русский – и я европеец

[CAPRI]

может и я неевропейка. И пофиг.

Марина Королева. Мне не стыдно.

И когда я слышу «мне стыдно за страну», «мне стыдно за то, что сказал (сделал) такой-то» - ничего не испытываю, кроме недоумения. Еще раз: с какой стати? Если мои соседи нарушают закон или вламываются в мою комнату, вот тут я вызову полицию. Но стыд? Не понимаю, простите.

Нет уж. Настоящая свобода – это личная ответственность, только личная.

И мне не стыдно. Я не в ответе за всех обитателей коммуналки.

[CAPRI]

Я - не Шарли

автор Андрей Кураев, протодиакон

Со вчерашнего дня.
Когда журнал выходил, я ничего о нем не знал, и, понятно, не был Шарли.

То, что знаю сейчас, вызывает отвращение.

Но те рисунки уже не видны: они залиты кровью их авторов.

И именно эта кровь убитых заставляла идентифицироваться с ними.

Сегодня вновь вполне себе живые и успешные, вовсе не страдающие люди включили свой креативчик генитального уровня. И с этими, живыми, мне не хочется быть рядом.

Но если их убьют - мне снова придется менять свое отношение к ним. И это не флюгеризм, а принцип.

[CAPRI]

Евгений Гришковец. Я не Шарли! (весь текст)

Мы слушали подробности того, как убивали несчастных в редакции злополучного сатирического журнала Шарли Эбдо. Мы узнали, что террористы, прежде чем убить, требовали у своих жертв назвать свои имена. Фантазии не хватает, чтобы представить, какой ужас пережили перед смертью эти люди. И никакого воображения не хватает, чтобы воспроизвести то нечеловеческое хладнокровие и ту космическую жестокость, с какой действовали те, кто это совершил. (Людьми их и их имена я называть не буду, так как людьми их назвать нельзя).

Мы видели, как вскоре после бойни в редакции журнала, парижане пошли на улицы. Они собрались на Площади республики. Люди не могли оставаться дома. Людьми двигало желание не оставаться одним, им нужно было увидеть других людей и оказаться с ними вместе. Они не могли оставаться наедине с ужасом и страхом…

А потом началось то, что погрузило меня в тоску, уныние и почти отчаяние. То есть, пошли комментарии и выводы, на которые не скупились европейские лидеры, журналисты, да и многие простые европейцы, которым давали микрофон и показывали в новостях… Потом 11-го января в воскресенье на улицы французских городов вышли миллионы людей, возглавляемые руководителями многих европейских стран и делегатами со всего мира. СМИ сообщили, что столь масштабной акции не было никогда.

Я смотрел. Я слушал. Я читал плакаты в руках людей… И мне становилось душно и страшно одиноко. В какие-то моменты было даже противно…

Кто-то нёс транспорант со словами из песни Джона Леннона «Имэджин» и было ясно, что несущие это вообще не понимают, что произошло, что происходит и в каком времени они живут. Многие несли в руках карандаши и ручки, как бы говоря и подчёркивая солидарность с убитыми из журнала Шарли. Очень многие несли листочки, на которых было написано «Я Шарли», и в руках многих и многих я прочёл слова типа: «Мне не страшно, нас не запугать, не бойтесь» и так далее.

Европейские лидеры наперебой говорили о попытке нанести удар по свободе слова, по свободам вообще, по европейским ценностям… Они уверяли, что после этого страшного и кровавого акта свобода слова только окрепнет, европейское общество сплотится и усилится, а европейские ценности станут только ценнее. Люди в Париже, собравшиеся в огромные колонны, как бы иллюстрируя сказанное, жались друг к другу, плотно заполняя улицы и площади…

Мне довелось в жизни видеть во многих театрах много плохих актёров в плохих спектаклях. Это неприятный опыт, но он опыт.

Мне противно было видеть, как бездарный артист Франсуа Олланд с трудом скрывает радость от произошедшего. Он вёл себя 11 января, как именинник, как заштатный актёр, которому неожиданно устроили пышный бенефис, и у него вдруг появился шанс побыть в центре внимания и возможность сыграть новую роль. Он периодически даже забывал изображать скорбь. А когда изображал, то у него плохо получалось…

Его же обращение к нации было похоже на бессмысленную предвыборную речь, состоящую из лозунгов и призывов, без малейшей попытки осознать случившееся, признать свои ошибки и непосредственную вину за бездарное руководство, заигрывание с исламистами как внутри страны, так и за её пределами, за слабость и некомпетентность спецслужб, за кашу в мозгах и раздрай во французском обществе, в котором ультраправые набирают силу и «блещут доспехами», а гей-парады проходят масштабнее, чем празднование Дня взятия Бастилии.

Я ждал от лидера Франции в такой день и в такой час чего угодно, но только не пафосной глупости. Я ждал от него того, что мы, наивные, так ждём от европейцев…

Я хотел услышать хоть от кого-то что-то разумное, что-то дающее надежду на то, что из произошедшего будут сделаны серьёзные выводы, а главное, будут пересмотрены абсолютно устаревшие и глупые взгляды на состояние происходящего в мире кошмара… и будут приняты меры… Давно необходимые меры.

Но нет! Я ничего подобного не услышал.

А ведь в Париже террористы одержали страшную и сокрушительную победу. Думаю, что они даже не рассчитывали на такой успех, полученный такими малыми силами.

Как это страшно!

[Alex5448]

Марина Королева. Мне не стыдно.

Хороший коммент.
Принципиально. Страна - это не коммуналка, страна - это СЕМЬЯ. Не стыдно за поведение и действия членов СЕМЬИ может быть только в следующих случаях:
1. Если все что происходит в семье соответствует Вашей совести и морали ( Все делается правильно, а кто думает иначе - сами козлы). Т.е. Вы сами такая же как и они.
2. Это не ваша семья.
Простейшие примеры - будет ли Вам стыдно, за действия Вашего мужа, если он конченный пропойца и пропил все, что есть в доме и ежедневно бьет Ваших детей, родителей и т.д. )
А вообще как это все знакомо еще с советских времен - Я ЗДЕСЬ НЕ ПРИ ЧЕМ, Я ЧЕЛОВЕК МАЛЕНЬКИЙ. Страшно, что человек с такой моралью - ЖУРНАЛИСТ. И последнее. Если Вам не бывает стыдно за ВАШУ СТРАНУ, то значит, у Вас нет права и ГОРДИТЬСЯ ЕЮ. Что это значит, думаю, и так понятно.

[Dova]

Алекс, я не считаю никакую страну своей семьёй.
твой посыл так же слишком натянут,как и про коммуналку
и да, бывают люди, кому не стыдно и не гордятся.они не патриоты, наверное
...таких называли безродными космополитами )

[Fursetka]

патриоты гордятся когда есть чем , и стыдятся когда есть чем
а те котрорые просто тупо: мы-великая нация. это не патриоты, а бараны.

[CAPRI]

Хороший коммент.
Принципиально. Страна - это не коммуналка, страна - это СЕМЬЯ.

Израиль? Возможно.

Русские, как и многие другие нации со значительным населением, не могут ощущать себя семьёй.

Один умный японец вообще определил русских как "цивилизацию песка".

А для итальянцев, например, семья - это страна. И патриотизм у них развит именно на этом уровне - famiglia, non paese.

[CAPRI]

[Свинка-бу]

а мне не понравилась статья.
чувак обиделся, что от россии не в первом ряду представитель шел во франции.
комплекс какой то.

[Alex5448]

Израиль? Возможно.

Русские, как и многие другие нации со значительным населением, не могут ощущать себя семьёй.

Один умный японец вообще определил русских как "цивилизацию песка".

А для итальянцев, например, семья - это страна. И патриотизм у них развит именно на этом уровне - famiglia, non paese.

Так что же это? Коммуналка случайных людей?