табу - это абсолютная и иррациональная форма запрета, являющаяся свойством примитивного сознания, не способного ни к тонким дифференциациям, ни к причинному обоснованию отказов от нежелательного поведения. Табу - это строгий запрет под страхом смерти. Причем страх этот необъяснимый, мистический, т.к. не существовало объяснения механизма возмездия за нарушение табу. Была только непоколебимая вера в неотвратимость этого возмездия. Табу стояло на страже всего того, что люди считали самым дорогим. Прежде всего, это дети, затем женщины и вожди племени. Если табу женщин действовало только в определенные моменты ее жизни (например, табу беременной женщины, которое можно считать тем же табу ребенка), то табу на детей и вождей распространялось на весь период детства, и соответственно, правления вождя. Табу было настолько жестким, что не просто запрещало какие либо действия над объектом табу. Оно просто-напросто запрещало к нему прикасаться. Более того, запрет касался всех вещей, которые принадлежат объекту табу, а в случае с вождем и те вещи, к которым он просто прикоснулся. Причем прикосновение могло быть опосредованным. Например, вождю запрещено было раздувать огонь в очаге, т.к. его сила передавалась огню, а от огня горшку, который стоял в очаге. От горшка на пищу в этом горшке. Таким образом, простой смертный, отведавший этой пищи должен был неминуемо погибнуть.
Но запрет, тем более такой жесткий, был бы лишен всякого смысла, если бы не было искушения его нарушить. Здесь будет уместно привести цитату из работы Дж. Фрейзера (J. Frazer) "Тотемизм и экзогамия", которую приводит Фрейд в "Тотеме и Табу":
"Преступления, запрещаемые законом, это преступления, которые охотно совершили бы многие люди по своей природной наклонности. Не будь этой наклонности, не совершались бы и подобные преступления, а если бы такие преступления не совершались, то зачем надо было бы их запрещать?"
Но это не объясняет дикую ненависть к нарушителю табу, если не упомянуть еще об одном важном аспекте этого верования. Наряду с верой в неизбежное возмездие за нарушение табу существовало такое же стойкое убеждение в том, что если это возмездие не наступит, несмотря на его неизбежность (с логикой у наших предков явно была напряженка), то это навлечет несчастья на все племя. Таким образом, если смерть нарушителя не наступала естественным образом, племя собственноручно убивало преступника в коллективном приступе ярости. Люди вскоре перестали ждать возмездия свыше, то ли в силу опыта поколений, который говорил, что ждать его бессмысленно, то ли по причине укоренившегося стремления поскорее покарать преступника, чтобы избавиться от чувства страха.
Re: С ума сойти! Мы лечим не тех.
Originally Posted by Мади
Reply With Quote
