tema April

[klukva]

абсолютно реальная история...........Класс Монашик!

[Фима Собак]

http://www.youtube.com/watch?v=HAkZ9...elated&search=

[cosmopolit]

Монашка, браво!


Трусов многа не бывает! :bis:

[aprilneverends]

(один малчик сказал, што вычислит меня здесь-ну так штоб ему было совсем просто это сделать. типа, предлагаю не прятать, и уж точно не прятаться, тыры-пыры)
( и как видишь, ничего интересного давным давно я же говорил)



я держу тебя за руку
и все расплывается
успокой меня заново
мне ужасно нравится
как ты выглядишь в этой
нелепой шапочке

предлагаю не прятать
и уж точно не прятаться
если верить киношникам
мы загружены в матрицу
фонари зажигаются
я держу тебя за руку

случайно падали звезды
в мои пустые карманы
и оставляли надежды
мои колени замерзли
ты был счастливый и пьяный
и что-то важное между

я держу тебя за руку
чтобы вдруг не похитили
в переулках скрываются
но губы вредители
телефонные будки
в них согреемся может быть

эта грустная сага
никогда не закончится
мне не надо и надо
ты мое одиночество
я не драматизирую
я держу тебя за руку

случайно падали звезды
в мои пустые карманы
и оставляли надежды
мои колени замерзли
ты был счастливый и пьяный
и что-то важное между

нарочно падали звезды
в мои пустые карманы
и оставляли надежды
мои колени замерзли
ты был счастливый и пьяный
и что-то важное между

(ц)

[aprilneverends]

кстати смешно. я подумал, если б не ты, самый первый пост в этой теме не появился бы. ну или был бы совсем другим.
стало быть, некий круг совершился. ошушение некой законченности. я подумал, шас был бы хороший момент попросить закрыть эту тему. хороший момент, правильный
потом я подумал: разве мы выбираем моменты, нам только кажется, что мы их выбираем
de ce paradoxe...

[aprilneverends]

нашла вот..на интернете...по дорожным указателям..
(какой то Марианны Гейде. не знаю кто это)


маленькими мышами разбегаются лица,
чтобы потом сбежаться,
где те глаза, вложенные в глазницы,
и те зубы, отученные кусаться,
где след от движущейся точки,
что движется слишком.
маленький детенок не сумеет собрать кусочки
зеркала своим захудалым умишком,
дайте ему вырезанные из бумаги
или отлитые из пластмассы
фигуры, которые плотно друг в друга лягут.

дайте ему сложить слово вечность и получить пол мира
и пару коньков в придачу,
чтобы продрогшая Герда свои горячие слезы в его рот уронила.
дайте ему приложить к своему стеклянному глазу раскаленный медяк,
чтобы видеть то, что внутри и снаружи разом,
дайте ему все, что он просит и пусть будет так.

вырубленные во льду, все в римских свечах,
скользкие до полного слиянья
выстроены чертоги на его непрямых плечах.
растают – так станут кровью и молоком,
а выстоят – останутся на скрижалях
непонятным знаком, скругленным морским коньком,
давно утраченным языком.

маленькая Герда пустила плыть по воде
свои красные башмаки.
маленькая Герда исследует затертые
и сверху надписанные значки,
силясь найти один, которого нет нигде –
розу, сделанную из квадратов,
вставленных один в другой,
розу, которая есть – или хотя бы
розу, которой нет,
маленькая Герда силится вспомнить, что она позабыла
и не может найти ответ.

кто ты и зачем ты стер все розы мира,
и зачем они каждую ночь возникают в моей голове
и каждое утро мира стираются снова.
кто ты, и зачем ты сделал все утра мира,
если каждым из них я давлюсь, как сырой водой.
в скрытых розах ты прячешь лик заповеданный свой.

кто ты, сделавший меня таким холодным и таким горячим,
я не стерплю и тресну по швам,
кто ты, сшивший меня из животного и пустоты,
я ведь тресну, я ведь умру и не воскресну,
а все, чего я хочу, господи, это ты.

маленькая Герда, маленькая-маленькая Герда,
ты полюбишь меня и живым и мертвым,
ты поднимешь меня и сложишь, как оно было,
ты поставишь меня и вложишь в мой рот мое имя
и накормишь меня крошевом из безголосого хлеба
и накормишь меня крошевом из безглазых рыб,
напоишь меня своей кровью и накроешь своею тенью.
и не оставишь меня во все мое воскресенье.

[aprilneverends]

еше ее же
......

кто сворачивает пласты недобытых никем пород,
неназванных никем насекомых кто за крылья берет
и отпускает, не оставив клейма –
кто видит город, когда его погребает тьма.
погрузим ладони в дегтярную жирную грязь –
и там маленькая анаконда, что спит
в подушечках пальцев, не изменит свой вид,
как крот, прорывая свой лаз, чувствует лбом и спиной
свое направление, как птица, пляшущая ни для кого
чертит невозвратность движения своего
каждой следующей весной,
и в прозрачных чешуйках, невыслеженная, дрожит
вся латиница и с ней весь греческий алфавит –
внемля тому, что вовеки не скажется ими,
и брошенная кем-то, в небе земля лежит,
ожидая всякого, кто поднимет.

кто видит меня, когда никто меня не видит,
когда я сплю – никто меня не разбудит,
когда я проснусь, никто меня не полюбит,
а когда умру – никто не осудит,
буду бодрствовать стоя, буду бодрствовать сидя,
когда усну – буду бодрствовать лежа,
потому что даже во сне мне никто не поможет
и даже в смерти никто меня не погубит.

тот, кто выдалбливал мне глазницы, наполнял своею слюной,
добавлял свинец в раскаленную соду, смешанную с песком,
и опускал на дно – он не советовался со мной.

а спросил бы – я в каждую межреберную борозду,
в каждую впадину испросил бы себе глаза,
и не знал бы в какую сторону иду, и не знал,
что впереди меня и что позади
чтобы весь горизонт извернулся в моей груди –

а он, кто выдалбливал мне глазницы и в рот мой вкладывал речь,
он знал как меня устроить и как меня уберечь,
чтобы я оставался твердым как меч и непрозрачным как меч.

из каждого растения, из каждого гейзера в кипящей долине
я вынимал название, которое вынет прочь мою душу
и сделает так, чтобы отныне ты пребывал со мною.

каждого встречного мне хотелось вывернуть наизнанку –
вдруг ты в нем и, выйдя наружу, со мной пребудешь,
каждый камень мне хотелось разбить о камень –
вдруг в одном из ты свернулся желтком и глядишь из трещин.

а потом мне стало спокойно, совсем спокойно,
потому что ты знал, как сделать мой голод вечным,
как мне исполнить себя глазами и как исполнить
все, чего невозможно потребовать от другого.



.............................



спит дитя, накрыв щекой разжатую руку,
будто к этому лбу никогда не пяди
не прибавит еще неведомая наука
или сказанное другими забавы ради,
и видит сон, как к нему подходит
ягненок, или какое-нибудь другое
животное, и по ребрам его проводит
своей безрогою головою,
и в ладонь шершавую морду прячет.
а проснувшись, дитя не вспомнит, что это значит.

спи и ты, моя голова, и вы, руки, и вы,
ноги, впитавшие бурую кровь травы
и жирный ил, и сухую глину,
от которых в изножье белая простыня
запечатлеет охоту на мраморного коня,
а мстительное полотно разрисует складками спину.
спи, правая ступня, спи левая ступня,
спи самая мелкая часть меня.
спи простуда, усни, ангина,
молчите, последние хрипы в бронхах,
ум уснет, голова побежит вдогонку,
голова Горгоны, запрятанная в кошелке,
бессовестно подглядывает сквозь щелку.
а ей на встречу кто-то, перстом грозя,
отвечает: за снами шпионить нельзя,
они пугливы, как влюбленные
в затонувшем монастыре,
они удаляются на заре,
а у тех, кто ходят всю ночь, бессонные,
они засиживаются до полудня
(в будни это особенно неприятно),
и оставляют под глазами синие пятна,
и оставляют на шее вампировые укусы.
а по ночам не спят только кошки и трусы:
они боятся дня, любят электрический свет,
они зависят от движения разных планет,
у большинства из них довольно странные вкусы.
лучше спите, брови, спите, веки, спите, ресницы,
вам ничего не приснится, я за это ручаюсь,
вчерашний сон сегодня не повторится,
потому что так почти никогда не случается,
вчерашний день сложится, как бумажка,
в чашку, или кораблик, или прыгающую лягушку,
и ты удивишься тому, что ночью из прожитого
получается совсем на него не похожее,
и то, что было внутри, становится кожей.


.................................................. ..


Это умная Гретль точит ножи на бруске,
закатав рукав на одной руке,
а другой ополз на запястье.
что для одного несчастье, для другого еще большее несчастье.
что для одного бесчестье, для другого еще хуже:
гость теряет покой, хозяин теряет ужин,
а умная Гретль ложится спать.
умной Гретль завтра рано вставать.
а мне не страшно, что кто-то придет по мою душу,
поэтому кто-то сбрасывает мне с вершины башни
достигающие до земли косы.
поэтому корабли возвращаются
с грузом болтливых птиц, которые больно кусаются
и ругаются на всех языках,
на каких говорят матросы.
и кто-то пробирается в заповедный сад,
исполняя волю ребенка, что еще не родился,
и я отпускаю его назад
лишь с тем, чтобы он потом возвратился
и отдал того, кто, еще и не бывши, хочет
чего-то, что никто из знакомых ему не прочит.

[aprilneverends]

(хочется штоб тут тоже было. чисто проверить ошушение. я наверное уберу потом)

про снэплинг
когда я делал снэплинг, это чисто случайно совпало с моим началом новой жизни. насколько я помню, потому што новую жизнь я начинал уже несколько раз
короче мы с какой-то группой таких же долбоебнутых студентов(мы-это я и мой будуший муж) поехали в поход, и одним из гвоздей программы был снэплинг. по-моему, он приходился между катанием на верблюдах и осликах, и чем-то экзотическим еше.
снэплинг-это так. в районе Мертвого Моря(скажем) находят скалу поотвеснее. ты туда забираешься. там сидят молодые ребята, которые тебя привязывают какими-то веревками, и велят сходить по уступу скалы вниз, лицом гордо повернутым к ним, то бишь ребятам, и к горным плато, на которых до сих пор сидит Понтий Пилат со своей собакой Банга, а задом-к своей смерти. ты перебираешь ногами в позе жука. потом уступ обрывается, и ты падаешь вниз, но не разбился, а рассмеялся, потому что веревки тебя держат

начать с того, что я сразу сказал, што никуда не пойду. я стоял внизу и смотрел. кроме меня были еше девочки, что говорили, что не пойдут. но как-то они все все таки пошли. одна например только вышла замуж, и сказала, што пойдет, чтоб ее новобрачному было приятно. я на нее посмотрел с большой завистью. я, например, чтоб окружаюшим было приятно-стригусь, желательно на какой нибудь модной улице, и покупаю себе новые туфли
короче, эта девочка полезла, и короче когда она падала вниз, то ударилась головой об уступ, с которого падала. но с ней ничего не приключилось, там в расчете на таких дураков, всем на голову одевают каски. она только быстро и долго качалась, как маятник, высоко над нами, и у нее немножко вылезли глаза
но короче после ее подвига я начал немножко поддаваться на сошиал давление. тем более мой будуший муж ласково шептал мне Ты конешно, не обязан, не лезь если не хочешь, но мне кажеца, у тебя потом будет такое классное чувство аккомплишмента. а можешь конешно не лезть, но после этово у тебя будет, мне кажеца, такое мерзкое чувство не-аккомплишмента

и, короче, я согласился полезть, уже одним из последних в группе.
но меня как-то оставили силы. как-то подкосились ноги.
и мой будуший муж говорит мне, я тебя подыму на эту скалу
короче я долго на несгибаюшихся от страха ногах полз вверх, поддерживаемый моим будушим мужем.
когда короче я оказался не вершине, я, по привычке отметив ,што молодым ребятам, которые снэплингские инструктора, в другой ситуации не пришлось бы меня долго уговаривать, потерял бдительность и посмотрел вниз
дальше все пошло намного проше
я был готов сделать што угодно, лишь бы не торчать на этой скале больше ни секунды.
так што меня обвязали веревками, и я так элегантно откинулся в позу жука, што даже заслужил инструкторский комплимент. а потом упал вниз.

и теперь у меня есть даже несколько фотографий незабываемого момента.
единственное што их портит-я тогда был бедный, у меня было мало штанов, ну может пары три вообше и на зиму, и на лето
так што когда эти мои джинсы порвались на карманах задних, я пришил туда заплатку
но я был кокетлив, и пришил заплатку не в тон. а кусочек красной материи с белыми сердечками.
но поскольку я снят снизу на большом расстоянии, то немножко кажется, што я накакал в свои штаны.
но это, как вы уже знаете, неправда.

[Alter Ego]

Апреля, доброе утро!


(я ещё не надоел со своим добрым утром?)

[aprilneverends]

с добрым утром нельзя надоесть
тебе тоже
я пошол, мне пора. цы.