Гражданская война в США 1861—65 гг

[crazy-mike]

Кстати, многие военспецы тогда, да и военисторики сейчас, считали и считают этот план полным идиотизмом, вернее все, которых я читал (но я читал не всех :lol.

Тем более - что "южанам" всё равно удалось "крейсерствовать". :popcorn:
А если бы у них тогда "нормальные" подводные лодки были...

[crazy-mike]

Кое-какой шпионаж во время гражданской войны был! :girl_cray2:
http://america-xix.org.ru/civilwar/s...ttox/spies.php

Информация подобна хлопку,
и нужен человек способный её собрать,
обработать, и извлечь из неё максимальную выгоду
Джон Уитсон Гант,
сотрудник детективного агенства Пинкертона

:vacation:

В начале войны, ни Союз, ни Конфедерация не имели полномасштабной сети осведомителей в стане врага. Но скоро на обеих сторонах осознали необходимость разведки и управления разведывательной деятельностью.

На Юге под эгидой президента и военного министерства было создано Сигнальное бюро, сотрудники которого вели шифрованную переписку с агентами Конфедерации и руководили курьерами, постоянно пересекавшими границу Союза и Конфедерации. Руководителем бюро был майор Уильям Норрис, который координировал действия множества разведчиков и контрразведчиков, распространивших свою деятельность глубоко на Север, вплоть до границы с Канадой.

На Севере тем же самым занималась секретная служба Потомакской армии, основателем и руководителем которой стал легендарный детектив из Чикаго Аллан Пинкертон. Контроль над новым образованием сначала осуществлял Государственный департамент, но к середине войны руководящие функции были переданы военному министерству. Как на Севере, так и на Юге, сотрудники военного ведомства сами были активно вовлечены в разведывательную деятельность.

Но всё-таки, во время Гражданской войны шпионаж оставался уделом любителей и еще не стал высоким искусством. Недостаток умения и изящества с лихвой компенсировался энергией и напором. Социальный состав шпионов был очень пёстрым – от мальчика-разносчика из обувного магазина до дамы из высшего света. Эпидемия шпионажа охватила обе столицы и крупные города. Казалось, что каждый шпионит за каждым. Вычислить шпиона было почти непосильной задачей. Контрразведка работала с опозданием. Неоднократно как южные, так и северные офицеры лишь постфактум получали неприятные известия о том, что их недавний гость, которому они со всем радушием устроили экскурсию по собственным укреплениям, работает на врага.

[crazy-mike]

Особое место в истории шпионажа во время Гражданской войны занимают женщины. Ни один представитель сильного пола не мог сделать того, что с легкостью удавалось леди. Коробки с платьями и шикарные шляпы с перьями, посылаемые леди, живущей, скажем, в Ричмонде, своей подруге, живущей в Вашингтоне, могли нести в себе еще и письмо с тайными сведениями. Успеху женского шпионажа способствовали не только бесстрашие шпионок и их природное обаяние, но и их безнаказанность. Джентльмен и во время войны оставался джентльменом. Даже когда шпионы-мужчины по приговору суда вешались один за другим, женщины-шпионки отделывались устным порицанием, или кратковременным пребыванием в тюрьме. Первый смертный приговор женщине был вынесен уже после войны.

:shlap:

[crazy-mike]

:27: :shlap:

Наибольшую известность приобрели южные шпионки Роуз Гринхоу, Бэль Бойд и сёстры Мун. Гринхоу помогла Пьеру Борегару достойно подготовиться к встрече с армией генерала Мак-Дауэлла в первом сражении при Булл-Ране, Бойд – добывала сведения для генерала Джексона во время его кампании в долине Шенандоа, а жительницы Севера - сёстры Мун были очень надёжными курьерами, доставлявшими важные сообщения с Юга на Север и обратно. Их северными коллегами были Элизабет «Безумная Бетт» Ван Лью, сумевшая внедрить своего агента (бывшую рабыню) в обслугу Джефферсона Дэвиса и Сара Эмма Эдмондс, попавшая в конфедеративный лагерь около Йорктауна в Виргинии, замаскировавшись под негра-мужчину.

Большую разведывательную деятельность вели представители «бродячей профессии» - актёры. Здесь отличились Джон Бут (кроме этого, прославивший себя убийством президента Линкольна) и Полин Кушман - одна из немногих двойных агентов.

Впрочем, иногда для того, чтобы узнать о планах врага, достаточно было прочитать его газеты. Свобода слова привела к тому, что газетчики, не моргнув глазом, выносили самую секретную информацию на первые полосы своих изданий. Так газеты сыграли злую шутку с северянами при осаде Виксберга - они рассказали о планах федералов вырыть туннель под Миссисипи, из-за чего план сорвался. Роберт Ли требовал от своих агентов на Севере покупать все выходящие там газеты и тщательно их вычитывал. Такая предусмотрительность спасла жизни сотен его солдат. Он же первым оценил силу печатного слова и стал дурачить федералов, размещая в газетах откровенную дезинформацию.

[crazy-mike]

Все вышеперечисленные шпионы сами сделали из себя героев, оставив воспоминания, или найдя отражение своей деятельности в мемуарах других. Большинство же разведчиков не стремилось сделать собственную деятельность достоянием общественности. Наверное, самым известным неизвестным шпионом был человек по фамилии Гаррисон. Он в июне 1863 года предоставил генералу Лонгстриту информацию о перемещениях федералов по Пенсильвании и том, что они концентрируют силы в 30 милях от небольшого городка Геттисберг. Миру об этом рассказал сам генерал Лонгстрит в своих воспоминаниях. Лонгстрит опубликовал фотографический портрет своего помощника, но везде называл его по фамилии, и никогда – по имени. Имени не знал никто, кроме генерала, предпочетшего сохранить его в тайне.

Более века историки пытались выяснить личность этого загадочного шпиона. Долгое время господствовала версия полковника Джона Бейклесса о том, что роль информатора сыграл актёр из Миссисипи Джеймс Гаррисон. Эта версия нашла отражение в книге Майкла Шаары «Killer Angels». Но в 1986 году (через 12 лет после выхода в свет этой книги) историк Джеймс Холл после тщательного изучения документов в Национальном архиве установил, что информатором Лонгстрита был профессиональный разведчик, сотрудник военного ведомства Конфедерации, Генри Гаррисон. Когда Рональд Максвелл писал на основе книги Шаары сценарий фильма «Геттисберг», он знал об открытии Холла и пошёл на компромисс – придал герою фильма имя Генри Гаррисон, но оставил ему судьбу, придуманную писателем.

Когда пал Ричмонд, одним из последних действий госсекретаря Бенджамина стало предание огню большей части архива секретной службы Конфедерации. Противники раскрытия всех тайн разведки были и на Севере – слишком много людей занималось шпионажем, и могло пострадать в результате рассекречивания.

:girl_cray2::popcorn:

[crazy-mike]

[crazy-mike]

[crazy-mike]

Шпионы!!!!!

Часть 7 – Шпионы, разведчики и контрразведчики.
Как и во всякой гражданской войне, найти на другой стороне агентуру, готовую работать за идею, было не так уж и сложно. Настроения и на Севере и на Юге были разными – как уже упоминалось, сам Роберт Э.Ли был противником отделения южных штатов и пошел воевать за Конфедерацию только из местного патриотизма; на Севере в симпатиях к южанам с немалыми основаниями подозревали командующего армией генерала МакКлеллана; семьи элиты были связаны тысячами родственных и дружеских нитей…
Кроме того, «фронтовую линию» северян составляли пять рабовладельческих штатов, имевших естественные симпатии к Югу – что вылилось, например, в нападения на колонны федеральной армии и сожжение мостов в Мэриленде при полном попустительстве начальника балтиморской полиции Джорджа Кейна, сторонника Конфедерации.
Результаты каждого заседания федерального правительства в 1861 году становились известны в Ричмонде уже через сутки – настолько эффективно действовала агентурная группа, состоявшая в основном из сотрудников федеральной почты Мэриленда. Только три почтмейстера в этом штате не состояли на службе у южан…
Разгром северян у Булл Рана стал во многом возможен благодаря своевременно переданной информации от Роуз Гринхоу – жены служащего Госдепартамента, имевшей многочисленные связи в правительственных и военных кругах. Однако Роуз не заботилась о конспирации, что привело к аресту уже в августе 1861 года. После недолгого пребывания в тюрьме, ее передали южанам, которые встретили ее как национальную героиню.
Одновременно северяне послали в Ричмонд некоего Лафайета Бейкера, который использовал легенду фотографа – и успешно «фотографировал» новоиспеченных офицеров, свежеформированные полки, общался с высшим военным начальством. Правда, камера у него была неисправна, зато полученную информацию он успешно переправлял в Вашингтон. А когда отсутствие обещанных снимков стало совсем уж нетерпимым, Лафайета арестовали, но он сумел бежать, получил чин капитана и возглавил отдел военной полиции, занятый разведкой и контрразведкой.
После Булл Рана проблема борьбы со шпионажем встала во весь рост – и на пост начальника секретной службы был призван известный детектив Алан Пинкертон, успевший в 1861 году предотвратить покушение на избранного президентом Линкольна.
К тому моменту Пинкертон внес в оперативную практику методиками наружного наблюдения, работы под прикрытием, использованием для опознания словесных портретов и фотографий. Его агенты легендировались под солдат (для работы за линией фронта) или сторонников Конфедерации (для контрразведки в собственном тылу). В 1862 году, после смещения МакКлеллана, Пинкертон оставил свой пост, который принял Лафайет Бейкер.
Десятки представителей «высшего общества» продолжали поставлять информацию и на Север, и на Юг. В 1861 году Марии Изабелле Бойд было всего 18 лет, что не помешало ей стать агентом разведки южан. За неоценимую помощь во время кампании в долине Шенандоа, генерал Джексон присвоил «Красотке Бойд» звание капитана. Но в 1863 Бель была арестована и выслана под домашний арест в Западной Виргинии, но нее прекратила заниматься шпионажем. Последовал второй арест и высылка в Европу. В целом, мисс Бойд была агентом-импровизатором и ее успеху в основном способствовало полное непонимание армейскими фоицерами основ разведки и контрразведки, а также нежелание уступить в любезности «рыцарям Юга». Доходило до анекдотов – Бель умудрилась протащить с собой в тюрьму 26000 долларов, сумму по тем временам громадную.
Элизабет Ван Лью, несмотря на южное происхождение, была настолько против рабства, что ричмондцы прозвали ее «Безумная Бет». Естественно, что с началом войны Элизабет постаралась помочь северянам – сперва как медсестра в военной тюрьме, откуда она организовала несколько побегов, затем ей удалось внедрить своего бывшего слугу в дом президента Конфедерации Дэвиса. Прикрываясь образом не вполне нормальной аболиционистки, Ван Лью эффективно руководила обширной агентурной сетью, поток информации от нее шел не прекращаясь – в частных письмах, шифром, в яйцах, в букетах… Чтобы продемонстрировать эффективность своей системы, Элизабет однажды после обеда нарвала букет цветов, который был доставлен к завтраку генералу Гранту – и когда его армия вошла в Ричмонд, первый визит он нанес именно Элизабет Ван Лью, шефу главной резидентуры Севера.
Сара Эдмондс записалась добровольцем в Федеральную армию – под именем Фрэнка Томпсона, где служила сперва санитаром, а потом вызвалась добровольцем в разведку. Эмма-Фрэнк ходила через линию фронта не менее 11 раз – под видом торговки-ирландки и доставляла нужные сведения.
Генри Томас Гаррисон вступил добровольцем в армию Конфедерации в 1861 и вскоре перешел в «разведотдел» военного ведомства. Он несколько раз забрасывается на территорию Союза, где даже был арестован, но сумел убедить военные власти в том, что он всего лишь уклонист. В конце июня Гаррисон доставил в штаб Лонгстрита важнейшую информацию о том, что федеральные силы стянуты в кулак и под командованием Мида спешно двигаются в Пенсильванию, по которой рассеяны силы Ли. Не будь этой информации – не было бы и сражения при Геттисберге, а армия Северной Вирджинии могла быть разбита по частям. После Геттисберга Гаррисон поселился в Нью-Йорке, где продолжал свою деятельность до конца войны.
В 1864 году по Югу путешествовал польский аристократ, граф Калесский – из Мобил через крупные потры, лагеря и крепости в Ричмод, где имел беседу с президентом Конфедерации Дэвисом, вице-президентом Стивенсом. Он общался с членами правительства Конфедерации и даже был в гостях у генерала Ли на фронте. Истратив почти полностью имевшиеся у него 4000 долларов, «граф» через Гавану вернулся в Вашингтон, имея уйму полезной информации. Это был Ян Собесский, польский офицер, добровольцем воевавший в армии Союза.
В общем, недостатка в шпионах ни та, ни другая армии не испытывали. Было навалом желающих просто посидеть у окна и посчитать проходящие полки (за что могли посадить под домашний арест) или, примерив чужую форму, пошастать по тылам противника (за что с полным на то основанием вешали). В чем был недостаток – это в элементарных контрразведывательных мероприятиях и соблюдении секретности. Если утром генерал завтракает с гостями из тыла, из которых хоть один да симпатизирует противнику, при этом не прерывается отдача приказов и обсуждение обстановки с офицерами – то нечего удивляться, что к вечеру планы становятся известны «на той стороне».

[crazy-mike]

[crazy-mike]