Судя по только-что обнародованным записям (на сайте МАК):
- открытого микрофонного разговора
http://www.mak.ru/russian/investigat.../open_micr.pdf
- телефонного разговора (с москвой)
http://www.mak.ru/russian/investigat...01/tel_per.pdf
стр. 10-15 там вообще в растерянности, что делать с поляками, полный бардак. Обратите внимание на время 10:27 (за 14 минут до катастрофы), диспетчера до сих пор не могут договориться куда самолёт направить в конце до концов, а до этого (чутъ выше по ленте) в центре вообще думали, что самолёт летит во Внуково. Временами путаются, о каком самолёте вообще идет речь...
- и радиопереговоров
http://www.mak.ru/russian/investigat...4m_101/ukv.pdf
к сожалению, создаётся впечатление, что диспетчеры хаотично пытались разобраться, что делать с польским самолётом не только непосредственно перед посадкой, а ещё при его полёте, когда было достаточно времени для решительных команд/рекоммендаций.
Какая то странная, непрофессиональная координация действий. И если понаблюдаете за записями, диспетчер в растерянности, и не знает, что предлагать пилотам, спрашивает советов у старших. Но его винить одного нельзя, его начальство действительно само не знает, что конкретно делать, только и дело передают друг другу телефоны куда звонить, чтоб уточнять дальнейшее действие...
Да и у самоуверенных поляков видимо не было должной координации с Русскими: когда вылетают, где находятся, оценка риска и т.д.
Короче, обе стороны были далеко не на высоте... Руководству обеих стран должно быть стыдно за непрофессионализм.
(предупреждаю, в записях изобилует ненормативная лексика).
Last edited by picknick; 01-18-2011 at 09:22 PM.
Live Life Lively!
На pprune.org выложили ссылку всех переговоров вместе с матюками:
http://www.mak.ru/russian/investigat.../open_micr.pdf
Last edited by Павлович; 01-19-2011 at 12:03 AM.
Запаникуеш тут! Когда глухой и слепой камикадзе идёт на таран ВПП. Второй Руст!
По-моему, после публикации открытого микрофона все окончательно встало на свои места. Можно говорить о раздолбайстве на Корсаже, можно обвинять в допотопности оборудования, но только слепой не увидит самого главного: поляки любой ценой хотели сесть.
Сначала садился Як-40... И как садился:
09:14:41 РП - Уход на 2-й
А Як плевать хотел. И сел.
В расшифровке 09:20:
... Ил-76 наш Фролов на заходе сейчас. Там будут машины президентские.
Ил-76 ушел, слава Богу. Хотя могли его еще на первом заходе тоже разложить. Машин для президента - нет. Пешком бы пошли до Катыни? На автобусе поехали?
09:51:39 - РП четко объясняет, что условий для приема нет.
09:55:28 - Уже и главный в курсе.
10:14:17 - РП говорит, что его (поляка???) уже предупредили о тумане
10:21:46 - Поляк все-таки идет на Северный
Вот с этого момента приговор уже ему подписан - это очевидно.
10:32:34 - Краснокутский - Это решение ... международного номер один.
Вот и все. Дальше они только бойцов могли выгнать на полосу и на этом основании отправиь их на запасной.
19/01/2011 [13:32:36]
Представитель ИКАО Денис Шаньон сообщил о том, что Международная организация гражданской авиации не станет играть роль арбитра в возможном диспуте по результатам расследования между Варшавой и Москвой.
ИКАО рассматривает рейс с президентом на борту 10 апреля как полет воздушного судна государственной авиации, а не гражданской, и по этой причине данное происшествие не подпадает под юрисдикцию ИКАО.
Фото как это было!
http://picasaweb.google.com/Amlmtr/101#
Владимир Потемкин, шеф-пилот первого президента России Бориса Ельцина, поделился воспоминаниями от посадки в сложных метеоусловиях, а также добавил, что разбившийся под Смоленском Ту-154 с президентом Польши Лехом Качиньским на борту мог лететь и на одном двигателе.
«Командир, я 30 лет летаю на самолетах, никогда на запасной не уходил. Какое запасное?! Делай, что хочешь, но мне нужно с Мэйджором обязательно встретиться!»
«С Борисом Николаевичем тяжеловато было летать, крутой характер у него был. Например, этот случай в Хитроу в Лондоне, когда я садился в тумане при видимости 175 метров. Мне часто задают вопрос: «Как вы приняли решение садиться при такой погоде?» Ну, когда вылетали из Внуково, погода была прекрасная в Хитроу. Но только на подходе нам дают туман, видимость 175 метров. «Ваше решение?» – Какое мое решение: сейчас я посоветуюсь, доложу своему шефу, потому что у меня был запасной аэропорт Шеннон, Ирландия, топлива мне хватало, но тот салфеткой вытер, вдарил салфеткой об пол: «Командир, я 30 лет летаю на самолетах, никогда на запасной не уходил. Какое запасное?!» – «Делай, что хочешь, но мне нужно с Мэйджором обязательно встретиться!» А летели мы на встречу большой семерки в Америку. Борис Николаевич, сейчас я попробую, сейчас еще покружимся, топлива у нас много еще. Ну, конечно, дрожь… Какое решение принять? Садиться как? Проанализировал, заставил зайти передовой самолет во главе с Качаровым. Говорю: «Женя, зайди пока, может быть, синоптики ошибаются?» Причем высота облаков не дает, туман сплошной до самой земли. Женя зашел и сел. Тогда я принимаю решение садиться», − сказал Потемкин.
«Но почему вот все говорят, почему ты принял такое решение? Ну, первое, у меня была полнейшая уверенность в работоспособности самолета и оборудования, потому что перед этим у нас такой закон был, перед каждым полетом на таком высоком уровне мы самолет облетываем в течение не менее 45 минут, а, может, и еще больше по специальной программе с комиссией на борту. Комиссия − представитель министерства гражданской авиации, министерства авиационной промышленности, ну и, естественно, служба безопасности», − добавил Потемкин.
«Самолет я сам облетывал с этим экипажем, то есть была полная уверенность в исправности самолета. Во-вторых, у меня была полная уверенность в профессионализме своего экипажа. Полная уверенность, потому что я с ними неоднократно летал. В-третьих, я очень хорошо знал аэропорт Хитроу – мы выполняли туда полеты, перед этим технический рейс выполнялся, и летали туда рейсовыми полётами – я там неоднократно бывал. И, в-четвертых, там точнейшая система захода на посадку, инструментальная. И еще есть так называемая «бегущая волна», когда впереди по курсу самолета идет волна, световая дорожка, которая задает курс посадки. Это, конечно, намного облегчало посадку, поэтому исходя из этих факторов, я принял такое решение. Но сели очень мягко. Выхожу, докладываю: «Товарищ президент, рейс закончил. Ваши замечания?» – «Ну вот, видишь, а ты говорил – Шеннон, Шеннон – сел же». – «Сел, но спина-то мокрая». – «Ну, иди, отдохни», − поделился воспоминаниями Потемкин.
«Вот сейчас пишут про катастрофу в Смоленске, грешат вроде на самолет. Но я бы сказал, что там, на самолете, тройное дублирование всех систем – топливных систем, противопожарной системы, гидравлической системы, системы управления. Это трехдвигательный самолет, который может лететь даже на одном двигателе», – рассказал Владимир Потемкин телеканалу Russia Today.
Польский правительственный самолет Ту-154 разбился под Смоленском 10 апреля. На борту самолета был президент Польши Лех Качиньский. Глава Польши вместе с официальной польской делегацией летел в Катынь для участия в мемориальных мероприятиях. На борту находились 96 человек − 88 пассажиров и восемь членов экипажа, не выжил никто.
Поделиться новостью
There are currently 1 users browsing this thread. (0 members and 1 guests)
|
|
Terms of Service | Privacy Policy |
|