Там, на самом на краю Земли,
В небывалой голубой дали,
Внемля звукам небывалых слов,
Сладко-сладко замирает кровь.
Прочитайте так: объявление действий стран - участниц антигитлеровской коалиции - преступными.
п.с. Имеется в виду действия этих стран в период войны и речь идет только о ВОВ 1941-45 г.г.
Время расставит всё по своим местам, то есть. Пора уже прекратить тыкать пальцем в глаза, потому что у всех рыло в пушкУ.
Last edited by EmPrEsS; 05-14-2009 at 02:13 PM.
Там, на самом на краю Земли,
В небывалой голубой дали,
Внемля звукам небывалых слов,
Сладко-сладко замирает кровь.
Откуда ты такое взял? Эти парады и прославления невероятное позорище.
А вот запрет о критике военных преступлений мне очень не нравится. Меня так не учили и я так своих солдат не воспитывал. У нас на первой же недели КМБ рассказывают про Кфар Касем, и воспитывают солдат принципом "моральным чистотой оружия".
המעז מנצח
كل كلب وله يومه
Только Приключения Солдата Чонкина
Когда совещание
окончилось и все стали расходиться, Борисов задержал
Голубева. Остановившись возле бюста вождя и машинально погладив его по
голове, секретарь сказал:
-- Вот что, Иван Тимофеич, парторг твой Килин говорит, что ты мало
внимания уделяешь наглядной агитации. В
частности, не дал денег на диаграмму роста промышленного
производства.
-- Не дал и не дам,-- твердо сказал Голубев.-- Мне коровник не на что
строить, а ему только диаграммы свои рисовать, трынькать колхозные деньги.
-- Что значит трынькать,-- сказал секретарь.-- Что значит трынькать? Ты
понимаешь, что ты говоришь?
-- Я понимаю,-- сказал Иван Тимофеевич.-- Я все понимаю. Только жалко
мне этих денег. Их в колхозе и так не хватает, не знаешь, как дыры заткнуть.
А ведь вы потом сами с меня три шкуры сдерете, потому что я председатель.
-- Ты в первую очередь коммунист, а потом уже председатель. А диаграмма
-- это дело большой политической важности. И мне странно видеть коммуниста,
которыйвэто недооценивает. И я еще не знаю, то, что ты говоришь, ошибка или
твердое убеждение, и если будешь дальше держаться той же позиции, мы тебя
еще проверим, мы в самую душу к тебе заглянем, черт тебя подери!
Рассердившись, Борисов хлопнул Сталина по голове и затряс рукой от боли, но
тут же выражение боли на его лице сменилось выражением страха.
У него сразу пересохло во рту. Он раскрыл рот и смотрел на Голубева, не
отрываясь, словно загипнотизированный. А тот и сам до смерти перепугался. Он
хотел бы не видеть этого, но ведь видел же, видел! И что теперь делать?
Сделать вид, что не заметил? А вдруг Борисов побежит
каяться, тогда он-то выкрутится, а ему, Голубеву,
достанется за то, что не заявил. А если заявить, так ведь
тоже за милую душу посадят, хотя бы за то, что видел.
У обоих на памяти была история, когда школьник стрелял в учительницу из
рогатки, а попал в портрет и разбил стекло. Если бы он выбил учительнице
глаз, его бы, возможно, простили по несовершеннолетию, но он ведь попал не в
глаз, а в портрет, а это уже покушение, ни больше ни меньше. И где теперь
этот школьник, никто не знал...
There are currently 1 users browsing this thread. (0 members and 1 guests)
|
|
Terms of Service | Privacy Policy |
|