Mr. Nikolson
08-30-2009, 11:16 AM
В Москве недача взятки ГАИшнику может обойтись дорого ("Los Angeles Times", США)
Один активист невзлюбил российских милиционеров, берущих взятки, и водителей, готовых их давать. Но остальные думают, что быть законопослушным сложнее и дороже
Меган Стэк (Megan K. Stack), 28 августа 2009
Опустилась полосатая палочка. Стандартное начало. ГАИшник навис надо мной, заслонив жаркое летнее солнце, напоминая разделительную полосу, что перечеркивает пополам ревущий поток машин.
Палочка указывает на нас. Мы испускаем ругательства.
"Сейчас ты увидишь, что такое настоящая Россия", - говорю я вполголоса, обращаясь к своей матушке, приехавшей в гости. Нашему русскому водителю я говорю: "За что? Что мы сделали?".
"Козлы они", - отвечает водитель.
Мой муж хмурится. Мы уже почти доехали до аэропорта, нам надо встретить свекровь. Вечно они ловят нас на пути в аэропорт, когда мы торопимся. Одни опаздывают на рейс, другие спешат скорее встретить гостя. Работа, мир в доме, не подлежащий возврату авиабилет висит на волоске.
Для целой армии российских ГАИшников-жуликов шоссе, ведущее в аэропорт - это всегда надежная кормушка.
Документы, требует легавый. Документы давай. Мы роемся в бардачке. Техосмотр протух месяц назад. Вот радость для легавого!
Ну, усмехается наш друг, само собой, я не могу разрешить вам ездить на этой машине. Придется оставить машину здесь. Ловите такси.
Что будет теперь - мы все отлично знаем.
Водитель и ГАИшник прячутся за поднятой крышкой багажника, и начинается торговля. Легавые не любят принимать деньги при всех. Необъяснимая стеснительность, ведь каждый проезжающий отлично знает, что происходит.
"Сто долларов!", - стонет водитель, переключая на вторую, потом на третью и вливаясь обратно в поток.
Вот чем занимается в этой стране дорожная полиция. Просто останавливают машины и собирают взятки. Если у вас и правда случилась беда - прокололи шину, например, - попробуйте, поймайте дежурную машину. А вот на таких скользких местах, когда из-за разросшихся ветвей вдруг появляется знак, или когда вдруг сужается полоса, - будьте уверены, менты тут как тут.
"Ну и что же?" - спросите вы. Да, менты - жулье. Это обычный ритуал повседневной жизни, мелкая неприятность, не трагедия, было бы о чем говорить. Вот только если подумать, что вас только что коснулось щупальце гигантской постсоветской бюрократической системы, той самой, что столь часто касается многих россиян... А значит, в каком-то смысле алчные лица ГАИшников - это и есть лицо государства.
Каждый день в часы пик ГАИшники стоят на дорогах, как мелочное, назойливое напоминание о том, что цинизм - это не каприз, а обязательное требование: шаг в сторону - и у вас начнутся такие проблемы, что и деньги потеряете, и время, и еще один кусочек душевного равновесия.
Но водителей в это болото тоже затягивают. Все играют по правилам - все отстегивают. Водители и ГАИшники молча подкармливают друг друга, как бы говоря нам: вот как людей затягивают злокачественные системы, в которых мы оказываемся одновременно и жертвами коррупции, и коррупционерами, а это оборачивается уже репрессиями против самих себя.
Некий Вячеслав Лысаков возглавляет организацию по защите прав водителей "Свобода выбора". Коррумпированных ГАИшников он не любит, но еще сильнее не любит водителей, им потакающих.
"Пока мы не начали искать сор в глазах ГАИшников, давайте-ка заглянем в собственные глаза", - говорит он. - "Когда меня спрашивают - когда прекратится коррупция? - я всегда отвечаю: не прекратится до тех пор, пока мы не перестанем давать взятки".
Конечно, он прав. Но я скажу так: платите взятки! Потому что однажды я вступила на шаткий путь законопослушности, и, друзья мои, путь этот - воистину путь горечи.
Что вы теряете, дав взятку? Ну, сорок долларов, ну, шестьдесят. Может быть, сто. Еще пятнадцать минут времени, ну и поматеритесь немного сквозь зубы.
Если же взятку не дать, то придется пойти в суд. До суда ждать несколько месяцев, и на все это время вас лишают прав - да, даже американских. А если вам нужны права, чтобы, например, съездить отдохнуть в США, то вам, наверно, придется копаться во внутренностях бюрократических структур, чтобы найти человека достаточно могущественного, чтобы вернуть вам права. И на лапу ему придется дать прилично, намного больше, чем можно было дать тогда, на дороге.
Затем вы отправляетесь по указанному адресу и видите какое-то унылое просевшее здание с воющими одичавшими псами у порога. И отдаете деньги. Ну, думаете вы, вроде кончилось.
Ан нет. Стоит вам вернуться с отдыха, как вас начнут доставать звонками, потому что права надо вернуть и подшить обратно к делу. И только тогда вы понимаете, что отдали кучу денег только за то, чтобы получить свои права на время.
К этому моменту успеет пройти месяц, или несколько месяцев. Наконец-то наступает день суда. И тут судья внезапно сообщает (раздраженным голосом), что ГАИшники неправильно подготовили материалы дела, и захлопывает свой гроссбух.
Назначают новую дату. Вы опять ждете.
Наконец, начинаются слушания. Судья рассматривает принесенные вами схемы, выслушивает ваши оправдания и приходит к выводу, который вы успели сделать уже давно: вы угодили в ловушку. И тогда вы думаете: надо было тогда дать взятку. И все.
Один активист невзлюбил российских милиционеров, берущих взятки, и водителей, готовых их давать. Но остальные думают, что быть законопослушным сложнее и дороже
Меган Стэк (Megan K. Stack), 28 августа 2009
Опустилась полосатая палочка. Стандартное начало. ГАИшник навис надо мной, заслонив жаркое летнее солнце, напоминая разделительную полосу, что перечеркивает пополам ревущий поток машин.
Палочка указывает на нас. Мы испускаем ругательства.
"Сейчас ты увидишь, что такое настоящая Россия", - говорю я вполголоса, обращаясь к своей матушке, приехавшей в гости. Нашему русскому водителю я говорю: "За что? Что мы сделали?".
"Козлы они", - отвечает водитель.
Мой муж хмурится. Мы уже почти доехали до аэропорта, нам надо встретить свекровь. Вечно они ловят нас на пути в аэропорт, когда мы торопимся. Одни опаздывают на рейс, другие спешат скорее встретить гостя. Работа, мир в доме, не подлежащий возврату авиабилет висит на волоске.
Для целой армии российских ГАИшников-жуликов шоссе, ведущее в аэропорт - это всегда надежная кормушка.
Документы, требует легавый. Документы давай. Мы роемся в бардачке. Техосмотр протух месяц назад. Вот радость для легавого!
Ну, усмехается наш друг, само собой, я не могу разрешить вам ездить на этой машине. Придется оставить машину здесь. Ловите такси.
Что будет теперь - мы все отлично знаем.
Водитель и ГАИшник прячутся за поднятой крышкой багажника, и начинается торговля. Легавые не любят принимать деньги при всех. Необъяснимая стеснительность, ведь каждый проезжающий отлично знает, что происходит.
"Сто долларов!", - стонет водитель, переключая на вторую, потом на третью и вливаясь обратно в поток.
Вот чем занимается в этой стране дорожная полиция. Просто останавливают машины и собирают взятки. Если у вас и правда случилась беда - прокололи шину, например, - попробуйте, поймайте дежурную машину. А вот на таких скользких местах, когда из-за разросшихся ветвей вдруг появляется знак, или когда вдруг сужается полоса, - будьте уверены, менты тут как тут.
"Ну и что же?" - спросите вы. Да, менты - жулье. Это обычный ритуал повседневной жизни, мелкая неприятность, не трагедия, было бы о чем говорить. Вот только если подумать, что вас только что коснулось щупальце гигантской постсоветской бюрократической системы, той самой, что столь часто касается многих россиян... А значит, в каком-то смысле алчные лица ГАИшников - это и есть лицо государства.
Каждый день в часы пик ГАИшники стоят на дорогах, как мелочное, назойливое напоминание о том, что цинизм - это не каприз, а обязательное требование: шаг в сторону - и у вас начнутся такие проблемы, что и деньги потеряете, и время, и еще один кусочек душевного равновесия.
Но водителей в это болото тоже затягивают. Все играют по правилам - все отстегивают. Водители и ГАИшники молча подкармливают друг друга, как бы говоря нам: вот как людей затягивают злокачественные системы, в которых мы оказываемся одновременно и жертвами коррупции, и коррупционерами, а это оборачивается уже репрессиями против самих себя.
Некий Вячеслав Лысаков возглавляет организацию по защите прав водителей "Свобода выбора". Коррумпированных ГАИшников он не любит, но еще сильнее не любит водителей, им потакающих.
"Пока мы не начали искать сор в глазах ГАИшников, давайте-ка заглянем в собственные глаза", - говорит он. - "Когда меня спрашивают - когда прекратится коррупция? - я всегда отвечаю: не прекратится до тех пор, пока мы не перестанем давать взятки".
Конечно, он прав. Но я скажу так: платите взятки! Потому что однажды я вступила на шаткий путь законопослушности, и, друзья мои, путь этот - воистину путь горечи.
Что вы теряете, дав взятку? Ну, сорок долларов, ну, шестьдесят. Может быть, сто. Еще пятнадцать минут времени, ну и поматеритесь немного сквозь зубы.
Если же взятку не дать, то придется пойти в суд. До суда ждать несколько месяцев, и на все это время вас лишают прав - да, даже американских. А если вам нужны права, чтобы, например, съездить отдохнуть в США, то вам, наверно, придется копаться во внутренностях бюрократических структур, чтобы найти человека достаточно могущественного, чтобы вернуть вам права. И на лапу ему придется дать прилично, намного больше, чем можно было дать тогда, на дороге.
Затем вы отправляетесь по указанному адресу и видите какое-то унылое просевшее здание с воющими одичавшими псами у порога. И отдаете деньги. Ну, думаете вы, вроде кончилось.
Ан нет. Стоит вам вернуться с отдыха, как вас начнут доставать звонками, потому что права надо вернуть и подшить обратно к делу. И только тогда вы понимаете, что отдали кучу денег только за то, чтобы получить свои права на время.
К этому моменту успеет пройти месяц, или несколько месяцев. Наконец-то наступает день суда. И тут судья внезапно сообщает (раздраженным голосом), что ГАИшники неправильно подготовили материалы дела, и захлопывает свой гроссбух.
Назначают новую дату. Вы опять ждете.
Наконец, начинаются слушания. Судья рассматривает принесенные вами схемы, выслушивает ваши оправдания и приходит к выводу, который вы успели сделать уже давно: вы угодили в ловушку. И тогда вы думаете: надо было тогда дать взятку. И все.