Мастер и Маргарита. Часть 2. Алекс Королев в соавторстве с Булгаковым.

[alex korolev]

...тихо сказали Гаврила, Кошечка и Пандусика, напряженно всматриваясь в темень квартиры номер 50, и, стараясь не наступать на валяющиеся повсюду трупы, почапали на кухню за оставшимся там (может быть) попкорном.

А вы проходите, проходите милочка, не стесняйтесь, вежливо пригласил ее внутрь квартиры Ковровлев. У нас ту немного неубранно, но попкорна накухне еще много. Погибла, Погибла! пронеслось у нее в голове, но она уже шла по корридору под руку с незнакомцем.
-МллЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯУ, раздался истошный крик и она с ужасов озознала что наступила в темноте огромного жирного кота, размером со взрослого ребека, по имени Бегемот.
Ай эм сорри, пыталась вымолвить она, но Кот уже волок её легкое тело в комнату...

За столом сител ВОрЛАНД, Михаил Александрович Берлиоз, Азазелло, и анГЕЛЛА.
Здравствуй, девочка, грозно прохрипел ВОрЛАНД, и у вошедшей Пандусики медленно задрожали колени...

(Прод. след.)

[Lustful Angel]

Королев! Браво!!!! Пишы исчо!!!! с меня плюс, но уже завтра.

[LaFemmeGavrila]

За столом сител ВОрЛАНД, Михаил Александрович Берлиоз, Азазелло, и анГЕЛЛА.
Здравствуй, девочка, грозно прохрипел ВОрЛАНД, и у вошедшей Пандусики медленно задрожали колени...
(Прод. след.)
Азазелло = АзаKелло?

[alex korolev]

Азазелло = АзаKелло?

АкАкЕЛЛа (почти ц)

продлжение:


- Почему их так много? спросила Пандусика, в то же время боязливо
косясь на трупы.
- А Куй его знает! - развязно ответил Ковровлев, - я, впрочем,
полагаю, что об этом Кота-Бегемота не худо бы спросить. До ужаса ловко замочили фсехх казлофф. Такой скандалище был! И, главное, непонятно, кому и на что она нужна, эта гнусная темка!

Как ни была занята своими детьми и мужем, она, ее все же поразили
странные враки неизвестного гражданина.
- Позвольте! - вдруг воскликнула она, - какого БЕРлиоЗонА, Джэйка, что ли? Это, что в газетах сегодня, про Тамбурин или Дудук?

-В Фандорине, сказал грустно Ковровлев, и от нагнавшей его тоски тут же написал стих, на стене, карандашом, про встречу-бал всех форумчан, который намечался вскоре в в ЛАе.

- Так это, стало быть, модераторы за гробом идут? - спросила Пандусика и вдруг по-кошачьи оскалилась.

- Ну, натурально, они! Уверенно пропела ей в ответ анГЕЛЛА
- А вы их знаете в лицо?
- Всех до единого, - вежливо подтвердил Кот Бегемот, я ж там самый главный, и громко захохотал голосом Башмачницы:
Мяу-ха-ха, мяу-ха-ха!!!
- Скажите, - взволнованно заговорила Пандусика, и голос ее стал глух, - среди них нету критика ЛаРжевского?
- Как же его не может быть? - ответил рыжий, - вон он с краю в
четвертом штабеле.
- Это блондин-то? -- щурясь, спросила Пандусика.
- Пепельного цвета... Видите, он глаза вознес к небу.
- Похож на Альтера, сострил ВОрЛАНД
- Во-во!
В тон ему вторил Ковровлев, оторвавшись от своей поэзии на обоях коммунальной квартиры, при входе на кухню, написанных химическим карандашом.

Больше Маргарита ничего не спросила, всматриваясь в Ларжевского.

- А вы, как я вижу, - улыбаясь, заговорил рыжий, - ненавидите этого
Поручика.
- Я еще кой-кого ненавижу, -- сквозь зубы ответила Маргарита, - но об этом неинтересно говорить. И добавила: - Здесь, с вами. И сильно нажала кнопку Игнор. На мгновенье свет в квартире №50 крашанулся, но вскоре изображение в комнате восстановилось. Все были на своих местах, но Ковровлев почему-то отсутствовал. Пошел бы он в баню, подумала она, ЗаиППалЛО.

А в то же самое время, на трамвайной остановке Патриаршие Пруды, переменованные мэрией-исполкомом в Русское озеро, в Голден Гэйт парке, по линии ЮСиСФ - Сансет, Аннушка старательно натирала рельсы подсолнечным вазелином, который ей утром впихнули в суматохе, вместо подсолнечного масла, в универмаге Смешно и Недорого, на сэйле.




(прод. след.)
в соавторстве с М.Булгаковым

[Lustful Angel]

Алекс!!! ПИШЫ ИСЧО!!!

[Serge7]

Алееекс! БрааВООО!:rofl:

[alex korolev]

В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой,
ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду
между двумя крыльями дворца ирода великого вышел супер-модератор Иудеи Понты Пилатес.

Более всего на свете супер-модератор ненавидел запах падали, и все
теперь предвещало нехороший день, так как запах этот начал преследовать
прокуратора с рассвета. Пилатесу казалось, что запах источают
некоторые павшие шакалы, что к запаху кожи и конвоя простых модераторов и
примкнуквших фанов и групиз примешивается проклятая вонь. От форумских темок, в тылу дворца,
где расположилась пришедшая с супр-модератором в ЛА-им первая бригада пятой молниеносного
колонны, заносило дымком в колоннаду через верхнюю площадку сада, и к горьковатому
дыму, свидетельствовавшему о том, что кашевары в начали готовить
обед, примешивался все тот же дух. О форумские онэры, за что вы наказываете меня?


Это она, опять она, непобедимая, ужасная болезнь
мания величия, при которой болит полголовы. От нее нет средств, нет никакого
спасения. "Попробую не думать головой".
Секретарь, простой мод, почтительно вложил в его руку принт-аут. Не
удержавшись от болезненной гримасы, супер-модератор искоса, бегло проглядел
написанное, вернул пергамент секретарю и с трудом проговорил:
- Подследственный из Калифорнии? К сионистам дело посылали?
- Да, супер-модератор, - ответил секретарь.
- Что же они?
- Они отказались дать заключение по делу и смертный приговор Синедрион
направил на ваше утверждение, - объяснил секретарь.

Прокуратор дернул щекой и сказал тихо:
- Приведите обвиняемого.
И сейчас же с площадки сада под колонны на балкон двое модераторов отдела Нарушения ввели
и поставили перед креслом супер-модератора человека лет тридцати пяти. Этот
человек был одет в старенький и разорванный плащ от Версаче. Голова его была
прикрыта белой повязкой, а руки связаны за спиной. Под глазом у человека был большой синяк, в углу рта - ссадина с
запекшейся кровью. Приведенный с тревогой и любопытством смотрел на супер-модератора.

Тот помолчал, потом тихо спросил по-английски:
- Так это ты подговаривал народ разрушить форум Русская Америка?
Супер-модератор при этом сидел как каменный, и только губы его шевелились
чуть-чуть при произнесении слов. Понт был как каменный, потому что
боялся качнуть пылающей адской болью головой.

Человек со связанными руками несколько подался вперед и начал говорить:
- Мил человек! Поверь мне...
Но супер-модератор, по-прежнему не шевелясь и ничуть не повышая голоса, тут
же перебил его:
- Это меня ты называешь мил. человеком? Ошибаешься. В ЛА-йме
все шепчут про меня, что я свирепое чудовище, и это совершенно верно, - и
так же монотонно прибавил: - Ментуриона Крысобоя ко мне.
Всем показалось, что на балконе потемнело, когда ментурион, командующий
особо стогой зоной- баней, Марик, прозванный Крысобоем, предстал перед супер-модератором.

Крысобой был на голову выше самого высокого из солдат форума и
настолько широк в плечах, что совершенно заслонил еще невысокое солнце.
Прокуратор обратился к ментуриону по-латыни:

- Преступник называет меня "мил человек". Выведите его отсюда на
минуту, объясните ему, как надо разговаривать со мной. Но не калечить.

[Манюня]

Эта что то с чем та. Хо хо. (прониклась)

[Lustful Angel]

Эх, Алекс, ну и молодцы же вы с Афанасичем!

[alex korolev]

Эх, Алекс, ну и молодцы же вы с Афанасичем!

ндраицца? эт - ффсе он (скромно)

[Lustful Angel]

ндраицца? эт - ффсе он (скромно)


ндраицца - этанитослова! :kiss:

ой, Ноинк, ты чего? :shock:

[alex korolev]

продолжение:

Эх, какая досада. И нужно ж было, чтоб их всех сразу...; - с
досадой думал Серж Поплавский, спеша в квартиру №50 из бассейна,
.
Лишь только ватерполист-плановик позвонил, дверь открыли, и он вошел в полутемную
переднюю Общение. Удивило его несколько, то что непонятно было, кто ему открыл:
в передней никого не было, кроме громаднейшего черного кота, сидящего на стуле.
Поплавский покашлял, потопал ногами, и когда дверь кабинета
открылась, и в переднюю вышел Королёвьев, Серж вежливо, но с достоинством сказал:
- Как дела, Старик!
Не успел он договорить, как Королёвьев выхватил из кармана грязный
платок, уткнулся в него носом и заплакал.
- ... покойного Берлиозона...
- Как же, как же, - перебил Королёвьев, отнимая стакан Мерло от лица. - Я
как только глянул на тебя, догадался, что это ты! - тут он затрясся от слез
и начал вскрикивать: - Горе-то, а? Ведь это что ж такое делается, мля, на форуме-то? А?
- Трамваем задавило? - шепотом спросил Поплавский.
- Начисто, - крикнул Королёвьев, и пяные слезы побежали у него из-под очков потоками,
начисто! Я был свидетелем. Верите - раз! Голова - прочь!
Правая нога - хрусть, пополам! Левая - хрусть, пополам! Вот до чего эти
трамваи доводят! - и, будучи, видимо, не в силах сдержать себя, Королёвьев
клюнул носом в стену рядом с зеркалом и стал содрогаться в рыданиях.

- Простите, вы были другом моего покойного Миши - спросил он, утирая
рукавом левый сухой глаз, а правым изучая потрясаемого печалью Королёвьева.
Но тот до того разрыдался, что ничего нельзя было понять, кроме повторяющихся
слов "конструктивный диалог". Нарыдавшись вдоволь, Королёвьев отлепился наконец от
стенки и вымолвил:
- Нет, не могу больше! Пойду приму триста миллиграммов калифорнийского, четырехлетнего,
выдержаного Мерлотика,
- и, повернув к Сержу совершенно заплаканное лицо, добавил: - Вот
они, евреи-то.

- Он! - ответил Коровьев и указал пальцем на кота.
Поплавский вытаращил глаза, полагая, что ослышался.
- Нет, не в силах, нет мочи, - шмыгая носом, продолжал Королёвьев, -
как вспомню:
Пойду лягу в постель, забудусь сном, - и тут он исчез из передней.
Кот же шевельнулся, спрыгнул со стула, стал на задние лапы,
подбоченился, раскрыл пасть и сказал:
- Ну, я забанил! Дальше что?
У Сержа сразу закружилась голова, руки и ноги отнялись, он уронил чемодан
и сел на стул напротив кота.
- Я, кажется, русским языком спрашиваю, - сурово сказал кот, --
дальше что?
Поплавский не дал никакого ответа.
- Паспорт! - тявкнул кот и протянул пухлую лапу.
Ничего не соображая и ничего не видя, кроме двух искр, горящих в
кошачьих глазах, Поплавский выхватил из кармана американский паспорт, как кинжал. Кот
снял с подзеркального стола очки в толстой черной оправе, надел их на морду,
от чего сделался еще внушительнее, и вынул из прыгающей руки Поплавского синий, молоткатый
паспорт.

Издалека доносились всхлипывания, стоны ВОрЛАНДА и Королёвьева, вся передняя наполнилась запахом
эфира, валерьянки и еще какой-то мерзости.
- Каким отделением выдан? - спросил кот, всматриваясь в
страницу. Ответа не последовало.

- Потрудитесь уехать к месту жительства. - И рявкнул в дверь: -- Азазелло!
На его зов в тему выбежал маленький, прихрамывающий, обтянутый
черным трико, с ножом, засунутым за кожаный пояс, рыжий, с желтым клыком, с
бельмом на левом глазу.
Поплавский почувствовал, что ему не хватает воздуха, поднялся со стула
и попятился, держась за сердце.
- Азазелло, проводи! - приказал кот и вышел из передней.
- Поплавский, -- тихо прогнусил вошедший, -- надеюсь, уже все понятно?
Поплавский кивнул головой.
- Возвращайся немедленно в Питер, - продолжал Азазелло, - сиди там
тише воды, ниже травы и ни о каких квартирах в Сан Франциско не мечтай, ясно?
Этот маленький, доводящий до смертного страха Поплавского своим клыком,
ножом и кривым глазом, доходил ватерболисту только до плеча, но действовал
энергично и организованно.

Рыжий разбойник ухватил за ногу птицу и плашмя, крепко и страшно так
ударил по шее Поплавского, что туловище птицы отскочило, а нога осталась в руке
Азазелло. Все смешалось в глазах у Поплавского.

[alex korolev]

Алекс, извини, что прерываю (харашо палучаитца)

Остапа понесло (ц)

продолжение:

Кот сидел насупившись во время этого опыта с демократией на частном форуме и вдруг
объявил:
- Банить будем без предупреждений. Один шаг, слово, мысль в сторону от генеральной линии - не
вылезут с подвала. Они знают к кому это относится...
Азазелло в ответ на это что-то прорычал нецензурное. Но кот был упорен и потребовал
два револьвера. Азазелло вынул второй револьвер, презрительно кривя рот, протянул их
Бегемоту. Наметили два очка в Нестардатных. Пандусика сидела, заткнув пальцами уши, и глядела
на птицу, дремавшую на каминной полке. Кот выстрелил из обоих револьверов,
после чего сейчас же взвизгнула анГелла, убитая птица упала с камина и разбитые
часы остановились. анГелла, у которой одна рука была окровавлена, с воем
вцепилась в шерсть коту, а он ей в ответ в волосы, и они, свившись в клубок,
покатились по полу.
- Оттащите от меня взбесившуюся чертовку! - завывал кот, отбиваясь от
анГеллы, сидевшей на нем верхом. Дерущихся разняли. Королёвьев подул на
простреленный палец анГеллы, и тот мгновенно зажил.

- Это все грязные проделки abc и его авторско-докторского метода, закричали обозленные
люди, с своими болями, маниями, и хворями. Королев у них книжку купил, это нечестно, так НЕ БЫВАЕТ!

- Я не могу стрелять, когда под руку говорят! - кричал Бегемот и
старался приладить на место выдранный у него на спине громадный клок шерсти.
- Держу пари, покуривая сказал ВОрЛАНД, улыбаясь Манюне, - что он проделал
эту штуку нарочно. Он стреляет порядочно.
анГелла с котом помирились, и в знак этого примирения они поцеловались.
Ни одно очко из Нестандартных, кроме того, что было прострелено Азазелло, не было затронуто.

[Pandusika]

ух ты и пра меня незабыли

[Lustful Angel]

как вам новая проза Оля :grum:
Волшебно, Саша! :53: Я действительно серьезно задумалась о чертовке.

[alex korolev]

ух ты и пра меня незабыли

Это невозможно, милая Маргарита! :53:

продолжение:

Все присутствующие, кроме неподвижного супер-модератора, проводили взглядом Марика-вертухая с его жертвой, злостным нарушителей правил.
Крысобоя вообще все провожали взглядами, где бы он ни появлялся, из-за острого языка, а те, кто видел его впервые, из-за того еще, что лицо ментуриона было изуродовано: нос его некогда был разбит ударом бунта чатлановцев.

Супер-модератору захотелось подняться, подставить висок под струю и так замереть. Но он знал, что и это ему не поможет. Выведя несчастного Крысобой вынул из рук у легионера, стоявшего у подножия бронзовой статуи, бич и, несильно
размахнувшись, ударил арестованного резким предупреждением. Движение ментуриона было небрежно и легко, но связанный мгновенно рухнул наземь, как будто ему подрубили ноги, захлебнулся воздухом, краска сбежала с его лица и глаза обессмыслились. Он стал мисать стихи. Марик одною левою рукой, легко, как пустой мешок, вздернул на воздух упавшего, поставил его на ноги и заговорил гнусаво, плохо выговаривая английские слова:
- Форумского супер-модератора называть -гегемон. Других слов не говорить. Смирно стоять. Ты понял меня или ударить тебя?
Нарушитель пошатнулся, но совладал с собою, краска вернулась, он
перевел дыхание и ответил хрипло:
- Я понял тебя. Не бань меня.
Через минуту он вновь стоял перед супер-модератором.
Прозвучал тусклый больной голос:
- Ник?
- Мой? - торопливо отозвался арестованный, всем существом выражая
готовность отвечать толково, не вызывать более гнева.
Прокуратор сказал негромко:
- Мой - мне известнен. Я теперь могу себе несколько заводить, поступили рацпреды от наших наиболее рьяных и коварных стратегов-групиз. Не притворяйся более глупым, чем ты есть. Твой ник.
- Мойша, - поспешно ответил арестант.
- Прозвище есть?
- Га-Ноцри.
- Откуда ты родом?
- Из Усть-Назаретовска, - ответил арестант, головой показывая, что там, где-то далеко, наверху от него, на севере, есть такой город.
- Кто ты по крови?
-- Я не знаю, -ответил арестованный, Мне говорили, что мой отец был адвокат...
- Где ты живешь постоянно?
- У меня нет постоянного жилища, - застенчиво ответил арестант, - я
путешествую в сети.
- Это можно выразить короче, одним словом - бродяга, -- сказал
супер-модератор и спросил: - Родные есть?
-- Нет никого. Я один в мире.
-- Знаешь ли грамоту?
-- Да.
-- Знаешь ли какой-либо язык, кроме англиского?
-- Знаю. Русский.

[alex korolev]

Супер веко приподнялось, подернутый дымкой страдания глаз уставился
на арестованного. Другой глаз остался закрытым.
Пилатес заговорил по-русски:
- Так ты собирался разрушить порядок форума и призывал к этому народ?
Тут арестант опять оживился, глаза его перестали выражать испуг, и он
заговорил по-русски:
- Я, ми... - тут ужас мелькнул в глазах виновника оттого, что он
едва не оговорился, - я, гегемон, никогда в жизни не собирался нарушать
правила форума и никого не подговаривал на это бессмысленное действие.
Удивление выразилось на лице секретаря, сгорбившегося над низеньким
столом и записывающего показания. Он поднял голову, но тотчас же опять
склонил ее к клаве.
- Множество людей стекается в этот форум. Бывают среди них алфавиты, астрологи,
предсказатели и убийцы, - говорил монотонно суаер-модератор, - а попадаются и
лгуны. Ты, например, лгун. Записано ясно: подговаривал хакнуть форум. Так свидетельствуют
наши люди.
- Эти добрые люди, - заговорил осужденный не раз и, торопливо прибавив: -
гегемон, - ничему все перепутали, что я говорил.
Я вообще начинаю опасаться, что путаница эта будет продолжаться очень долгое
время. И все из-за того, что он неверно печатает.
Наступило молчание. Теперь уже оба больных глаза тяжело глядели на
нарушителя правил.
- Повторяю тебе, но в последний раз: перестань притворяться
сумасшедшим, разбойник, - произнес Пилатес мягко и монотонно, - за тобою
записано немало, достаточно, чтобы тебя забанить фор лайф.
- Нет, нет, гегемон, - весь напрягаясь в желании убедить, заговорил
нарушитель спокойствия, - ходит, ходит один с козлиным разделом и непрерывно
пишет. Но я однажды заглянул в этот раздел и ужаснулся. Решительно ничего
из того, что там написано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты бога ради
свой раздел! Но он вырвал его у меня из рук и убежал.
- Кто такой? - брезгливо спросил Пилат и тронул висок рукой.
- Левий Матвейевич Робкин - охотно объяснил арестант, - он был сборщиком
лести, и я с ним встретился впервые и разговорился с ним. Первоначально он отнесся ко мне
неприязненно и даже оскорблял меня, то есть думал, что оскорбляет, называя
меня собакой, - тут арестант усмехнулся, - я лично не вижу ничего дурного
в этом звере, чтобы обижаться на это слово...

[alex korolev]

Секретарь-мод перестал писАть и исподтишка бросил удивленный взгляд, но не на арестованного, а на Супер-модератора.
- ...однако, послушав меня, он стал смягчаться, - продолжал Мойша, -
наконец бросил всю лесть и поруку и сказал, что пойдет со мной
пить пиво.
Пилатес усмехнулся одною щекой, оскалив желтые зубы, и промолвил,
повернувшись всем туловищем к моду:
- О, город Сан Франциско! Чего только не услышишь в нем. Сборщик лести, вы слышите, бросил такую должность?
Не зная, как ответить на это, мод счел нужным повторить улыбку
Начальника.
- А он сказал, что лесть и несправедливость ему отныне стали ненавистны, - объяснил Мойша странные поступки Льва Матвеича и добавил: - И с тех пор он стал моей тенью...

Все еще скалясь, супер-модератор поглядел на злостного нарушителя, затем на солнце,
неуклонно подымающееся вверх, и вдруг в какой-то тошной муке подумал о том, что
проще всего было бы изгнать с форума этого надоевшего разбойника, произнеся
только два слова: "Забанить его". Изгнать и конвой, уйти из темы домой, велеть затемнить комнату, повалиться на трон, потребовать холодной
воды, жалобным голосом позвать кошку Бэнга, пожаловаться ей на свою навязчивую манию.

И мысль об яде вдруг соблазнительно мелькнула в больной голове.
Он смотрел мутными глазами на нарушителя и некоторое время молчал,
мучительно вспоминая, зачем на утреннем безжалостном ЛА-имском солнцепеке
стоит перед ним арестант с обезображенным побоями лицом, и какие еще никому
не нужные вопросы ему придется задавать.

- Лев Матвеич? - хриплым голосом спросил больной и закрыл глаза.
- Да, Лев, - донесся до него мучающий его голос.
- А вот что ты все-таки говорил про форумские порядки толпе на Базаре или там Барабане, как он?

Голос отвечавшего, казалось, колол Понту в висок, был невыразимо
мучителен, и этот голос говорил:
- Я, гегемон, говорил о том, что рухнет форум старого образца и создастся
новый форум истины. Сказал так, чтобы было понятнее.
- Зачем же ты, бродяга, на Базаре смущал народ, рассказывая про
истину, о которой ты не имеешь представления? Что такое истина?
И тут супер-модератор подумал: "О, боги мои! Я спрашиваю его о чем-то ненужном... Мой ум не служит мне больше..." И опять померещилась ему чаша с темною жидкостью. "Яду мне, яду!"


(продолжение следует)
завтра в новой теме :)

[alex korolev]

- Этого просто не может быть, - утверждал кот. Вечер продолжался. Свечи оплывали
по комнате волнами распространялось душистое тепло от камина.
Наевшуюся Пандусику охватило чувство блаженства. Она глядела, как сизые кольца от
сигары Азазелло уплывали в камин и как кот ловит их на конец шпаги. Ей
никуда не хотелось уходить, хотя было уже поздно. Воспользовавшись паузой, она обратилась к Вору и робко сказала:
- Пожалуй, мне пора...
- Куда вы спешите? - спросил Вор вежливо.
- Да, пора, - совсем смутившись, повторила она и
обернулась, как будто ища плащ. Ее нагота вдруг стала стеснять
ее. Она поднялась из-за стола. Воланд молча снял с кровати свой вытертый и
засаленный халат от Москино, а Королев набросил его Пандусике на плечи.
- Благодарю вас, - чуть слышно сказала Пандусика и
вопросительно поглядела на Вора. Тот улыбнулся ей равнодушно. Черная тоска
подкатила к её сердцу. Она почувствовала себя обманутой.

- Всего хорошего, мессир, - произнесла она вслух, а сама подумала:
"Только бы выбраться отсюда, а там уж я дойду до реки и утоплюсь".

- Мы вас испытывали, сказал Вор
- Вы о чем говорите? удивилась Пандусика
- Совершенно с вами согласен, мисте-ррр, - вмешался в разговор кот, и в раздражении стукнул лапой по столу по клаве.
- И я о том же говорю! - воскликнул кот и на всякий случай отклонился
от Пандусики, прикрыв вымазанными в розовом вазелине лапами свои острые уши.
- Пшшшш - сказал ему Вор.
- Я еще кофу не пил, - ответил кот, - как же это я уйду? Неужели,
мистер, у нас на форуме юзеров разделяют на два сорта? Одни -
первой, а другие, второй свежести?
- Молчи, - приказал ему Вор и,обратившись к Пандусике спросил:
- Вы, судя по всему, человек исключительной доброты? Высокоморальный
человек?
- Нет, - с силой ответила она, - я знаю, что с вами можно разговаривать только
откровенно, и откровенно скажу: я форумский человек. Ничего не поделаешь! Так уж вышло.

- А, - сказал Вор, - это понятно.
- Так вы сделаете это? - тихо спросила Пандусика.
- Ни в коем случае, - ответил Вор, - дело в том, дорогая,
что у нас на форуме произошла маленькая путаница. Каждое мод должен
заниматься своим разделом по справедливости. Не спорю, наши возможности довольно велики, они
гораздо больше, чем полагают некоторые групиз и наши противники, не очень зоркие люди...
- Да, гораздо больше, - не утерпел и вставил свои пять копеек кот, видимо
гордящийся этими возможностями.
- Молчи, черт возьми! - сказал ему Вор и продолжал, обращаясь
к Пандусике: - Но какой смысл в том, чтобы моду делать то, что
полагается делать другому моду в его разделе? Делать этого я ни за кого не буду, а вы
сделайте сами.
- А разве по-моему получится?

Азазелло иронически скосил кривой глаз на Пандусику и незаметно
покрутил рыжей головой и фыркнул.

- Да делайте же, вот мучение, - пробормотал Вор и, повернув
экран мониторак себе стал всматриваться в какой-то далекий Париж.

- Сатаника - подсказал Королев.
- Сатаника! - пронзительно крикнула Пандусика.

Дверь распахнулась, и растрепанная, нагая, но уже без всяких признаков
хмеля женщина с исступленными глазами вбежала в комнату и простерла руки к
Пандусике, а та сказала величественно:
- Тебя прощают. Не будут больше предупреждать, без дела.
Послышался вопль Сатаники, она упала на пол ничком и простерлась крестом
перед Пандусикой. Вор нажал на спасе-бар, и Сатаника пропала из глаз.

- Благодарю вас, прощайте, - сказала Пандусика и поднялась.
- Ну что ж, Бегемот, - заговорил Вор, - не будем наживать плюсики в репутацию на
поступке непрактичного человека, - он повернулся к
Пандусике, - итак, это не в счет, я ведь ничего не делал. Что вы хотите для
себя?
Наступило молчание, и прервал его Королев, который зашептал в ухо
Пандусике:
- Алмазная донна, на сей раз советую вам быть поблагоразумнее! А то
ведь фортуна может и ускользнуть!
- Я хочу, чтобы мне сейчас же, сию секунду, вернули моего любовника,
мастера, - сказала Пандусика, и лицо ее исказилось судорогой.

Тут в комнату ворвался ветер, так что пламя свечей в канделябрах легло,
тяжелая занавеска на окне отодвинулась, распахнулось окно, и в далекой
высоте открылась полная, но не утренняя, а полночная луна. От подоконника на
пол лег зеленоватый платок ночного света, и в нем появился ночной гость, называющий
себя мастером. Он был в своем больничном одеянии - в халате, туфлях и черной шапочке,
с которой не расставался. Небритое лицо его дергалось гримасой, он сумасшедше-пугливо
косился на огни свечей, а лунный поток кипел вокруг него.

Пандусика сразу узнала его, простонала, всплеснула руками и подбежала к
нему. Она целовала его в лоб, в губы, прижималась к колючей щеке, и долго
сдерживаемые слезы теперь бежали ручьями по ее лицу. Она произносила только
одно слово, бессмысленно повторяя его:
- Ты... ты, ты...

Мастер отстранил ее от себя и глухо сказал:
- Не плачь, не терзай меня. Я тяжко болен. - Он ухватился за подоконник рукою,
оскалил зубы, всматриваясь в сидящих, и закричал: - Мне страшно! У меня опять
начались галюники.
Рыдания душили Пандусику, она шептала, давясь словами:
- Нет, нет, нет, не бойся ничего! Я с тобою! Я с тобою!
Королев ловко и незаметно подпихнул к мастеру стул, и тот опустился на
него, а Маргарита бросилась на колени, прижалась к боку больного и так
затихла. В своем волнении она не заметила, что нагота ее как-то внезапно
кончилась, на ней теперь был шикарный шелковый черный плащ от Валентино. Больной опустил
голову и стал смотреть в землю угрюмыми больными глазами.

- Да, - заговорил после молчания Вор, - его хорошо отделали в бане злые модераторы, в одиночке.

Он приказал Королеву: - Дай-ка, рыцарь в хоккейных доспехах, этому человеку чего-нибудь выпить.
Маргарита упрашивала мастера дрожащим голосом:
- Выпей, выпей. Ты боишься? Нет, нет, верь мне, что тебе помогут.
Больной взял стакан и выпил хорошего калифорнийского Мерло, но рука его дрогнула, и
опустевший стакан разбился у его ног.
- К счастью! К счастью! - зашептал Королев Пандусике, - смотрите,
он уже приходит в себя.
Действительно, взор больного стал уже не так дик и беспокоен.
- Но это ты, милая моя? - спросил гость.
- Не сомневайся, это я, - ответила она.
- Еще! - приказал Вор.
После того, как мастер осушил второй стакан вина, его глаза стали живыми и
осмысленными.
- Ну вот, это другое дело, - сказал Воланд, прищуриваясь, - теперь
поговорим. Кто вы такой?
- Я теперь никто, - ответил мастер, и улыбка искривила его рот.
- Откуда вы сейчас?
- Из бана. Я - больной, - ответил пришелец.
Этих слов она не вынесла и заплакала вновь. Потом, вытерев глаза,
вскричала:
- Ужасные слова! Ужасные слова! Он мастер, мистер, я вас предупреждаю
об этом. Вылечите его, он стоит этого.
- Вы знаете, с кем вы сейчас говорите, - спросил у пришедшего Вор,
- у кого вы находитесь?
- Знаю, - ответил мастер, - моим соседом в сумасшедшем доме был этот
мальчик, Лёня. Он рассказал мне о вас.
- Как же, как же, - отозвался Вор, - я имел удовольствие
встретиться с этим молодым человеком в Медео. Он едва самого
меня не свел с ума, доказывая мне, что у меня нету чистых трусов! Но вы-то верите, что они-таки есть?
- Приходится верить, - сказал пришелец, - но, конечно, гораздо
спокойнее на форуме было бы считать вас плодом русско-американской жизни. Извините меня, -
спохватившись, прибавил мастер.
- Ну, что же, если вам так там с ними спокойнее, то и считайте, - вежливо ответил Вор.

- Нет, нет, - испуганно говорила Пандусика и трясла мастера за плечо,
- опомнись! Перед тобою действительно он в чисто-выстиранных трусах от Карла Лагерфельда!

Кот ввязался и тут:
- А я действительно похож на галюники. Обратите внимание на мой
профиль в лунном свете, - кот полез в Без Ограничений и хотел еще что-то резко там отмодерировать, но его попросили замолчать, и он, ответив: - Хорошо, хорошо, готов молчать. Я буду молчаливой галлюцинацией, - и замолчал.

- А скажите, почему она вас называет мастером? - спросил
Вор.
Тот усмехнулся и сказал:
- Это простительная слабость. Она слишком высокого мнения о том
романе, который я написал.
- О чем роман?
- Роман о Понты Пилатесе.
Тут опять зарявило изображение, и запрыгали язычки свечей, задребезжали смутные голоса виртуалов на опросе общественного мнения по ряду наболевших форумских вопросов. Вор рассмеялся но никого не испугал и смехом этим никого не удивил. Бегемот почему-то зааплодировал.

- О чем, о чем? О ком? - заговорил Вор, перестав смеяться. - Вот
теперь? Это потрясающе! И вы не могли найти получше темы?
Дайте-ка посмотреть, - Воланд протянул руку ладонью кверху.
- Я, к сожалению, не могу этого сделать, - ответил мастер, - потому
что я стер этот файл с хард-драйва.
- Простите, не поверю, - ответил Вор, - этого быть не может.
Рукописи не делитаются. - Он повернулся к Бегемоту и сказал: -- Ну-ка, Бегемот, дай сюда роман.
Кот моментально вскочил со стула, и все увидели, что он сидел на
толстой пачке рукописей. Верхний экземпляр кот с поклоном подал Вору.

Пандусика задрожала и закричала, волнуясь вновь до слез:
- Вот она, рукопись! Вот она!
Она кинулась к Вору и восхищенно добавила:
- Всесилен, всесилен!




(продолжение следет)

[alex korolev]

И вновь он услышал голос:

- Истина том, что у тебя болит голова, болит так, что ты малодушно помышляешь о смерти. Ты не в силах говорить, тебе трудно даже глядеть на меня. И я невольно являюсь твоим палачом, что огорчает. Ты не можешь даже думать, мечтаешь о том, чтобы пришла твоя Кошечка, единственное,по-видимому, существо, к которому ты привязан. Перекурил ты травки. Но мучения твои сейчас кончатся, голова пройдет.

Мод вытаращил глаза на арестанта и не допечатал слова.

Понты поднял мученические глаза на забаненого и увидел, что солнце уже довольно высоко стоит над форумом, что луч пробрался в колоннаду и подползает к стоптанным сандалиям Мойши, что тот сторонится от солнца. Тут супермодератор поднялся с кресла, сжал голову руками, и на желтоватом его бритом лице выразился ужас. Но он же подавил его своею волею и вновь опустился в кресло.
Арестант же тем временем продолжал свою речь, но простой модератор не записывал, а вытянув шею, как гусь, старался не проронить ни одного слова.

- Ну вот, все и кончилось, - говорил связанный, благожелательно
поглядывая на Пилатеса, - я рад. Я советовал бы тебе,
гегемон, оставить на время форум и погулять пешком где-нибудь по Сансет бульвару. Гроза начнется, - арестант повернулся, прищурился на солнце, - позже, к вечеру. Прогулка принесла бы тебе пользу.
Мне пришли в голову кое-какие новые мысли, которые могли бы, обсудить в личке, они могли бы показаться тебе интересными, я охотно поделился - ты производишь впечатление умного человека.

Секретарь-мод тут же уронил клаву на пол.
- Беда в том, - продолжал никем не останавливаемый связанный, - что
ты слишком замкнут и потерял веру в людей. Ведь нельзя же,
согласись, поместить всю свою привязанность в собак и котов. Твоя жизнь скудна,
гегемон.
Мод думал, верить ли ему ушам своим или не
верить. Приходилось верить. Тогда он постарался представить себе, в какую форму наказания на форуме выльется гнев вспыльчивого супермодератора при этой неслыханной дерзости нарушителя спокойствия.
Тогда раздался сорванный голос супермодератора,
постанувшего в модераторском разделе:

- Разбаньте его.

Один из банщиков-надзирателей стукнул по клаве кодом, переслал в личке другому, и снял с модерации постов нарушителя.

- Сознайся, по-английски спросил Пилатес, - ты врач?
- Нет, супермодератор, не врач, - ответил нарушитель.
Круто, исподлобья Пилатес буравил глазами арестанта, и в этих глазах уже не было красноты после обкурки, в них появились искры.
- Я не спросил тебя, - сказал Пилат, - ты, может быть, знаешь и
украинский язык?
- Да, знаю, - ответил арестант.
Краска выступила на желтоватых щеках Пилата, и он спросил по-украински:
- Как ты узнал, что я хотел позвать Кошечку?
- Это просто, - ответил арестант по-латыни, - ты водил рукой
по клаве, - арестант повторил жест Пилата, - как будто хотел погладить, и губы...
- Да, - сказал Пилат.
Помолчали, потом Пилат задал вопрос по-французски:
- Итак, ты врач?
- Нет, нет, - живо ответил нарушитель, - не врач.
- Так ты утверждаешь, что не призывал разрушить...
или хакнуть, или каким-либо иным способом уничтожить мой форум?
-- Я, гегемон, никого не призывал к подобным действиям, повторяю. Разве я похож на слабоумного?
- О да, ты не похож на слабоумного, - ответил супермодератор и
улыбнулся какой-то страшной улыбкой, - так поклянись, что этого не было.
- Чем хочешь ты, чтобы я поклялся? - спросил, очень оживившись,
развязанный.
- Ну, хотя бы жизнью твоею на форуме, - ответил супермодератор, - ею клясться самое время, так как она висит на волоске!
- Не думаешь ли ты, что ты ее подвесил, гегемон? - спросил арестант,
- если это так, ты ошибаешься.
Пилатес вздрогнул и ответил сквозь зубы:
- Я могу перекрыть тебе доступ кислорода.
- И в этом ошибаешься, - улыбаясь и заслоняясь рукой от
солнца, возразил человек, - согласись, что перерезать волосок уж наверно
может лишь тот, кто подвесил?
- Так, сказал Понты, - теперь я не сомневаюсь в том, что Олежик в ЛА-йме ходил за тобою по пятам, хотели вместе хакнуть форум.

- Не знаешь ли ты таких, - продолжал Пилатес, не сводя глаз с
арестанта, - некоего Алекса, другого - Алекса и третьего - Вор-раввина?
- Этих добрых людей я не знаю, - ответил арестант.
-- А теперь скажи, что это ты время употребляешь слова "добрые
люди"? Ты всех, что ли, так называешь?
- Всех, - ответил арестант, - злых людей нет на свете.
- Впервые слышу об этом, - сказал Пилатес, усмехнувшись, - но, может
быть, я мало знаю жизнь! Можете дальнейшее не печатать, - обратился он к моду, хотя тот и так ничего не печатал
- Где же ты нагуглил об этом?
- Нет, своим умом дошел.
- И ты проповедуешь это?
- Да.
- А вот, например, ментурион Марик, его прозвали Крысобоем, - он -
добрый?
- Да, - ответил арестант, - он, правда, несчастливый человек. С тех
пор как добрые люди изуродовали его, он стал жесток и черств. Интересно бы знать, кто его искалечил.
- Охотно могу сообщить это, - отозвался Пилатес, - ибо я был
свидетелем . Добрые люди из нашего чата на форуме бросались на него, как собаки на медведя, вцепились ему в шею, в руки, в ноги.
- Если бы с ним поговорить в ЛС, сказал арестант, - я
уверен, что он изменился бы.
- Я полагаю, - отозвался Пилатес, - что мало радости ты доставил бы
легату пятой колонны, если бы вздумал разговаривать с кем-нибудь из его групиз или обожателей. Впрочем, этого и не случится, к общему счастью, и первый, кто об этом позаботится, буду я.
В это время ему пришла личка от онэра:

Она была такова: гегемон разобрал дело бродячего философа Мойша по кличке Га-Ноцри, и состава преступления в нем не нашел. В
частности, не нашел ни малейшей связи между действиями Мойши и беспорядками, происшедшими на форуме недавно. Бродячий философ оказался душевнобольным.
Вследствие этого смертный приговор Га-Ноцри, вынесенный Синедрионом, супермодератор не утверждает. Но ввиду того, что безумные, утопические речи Га-Ноцри могут быть причиною волнений в Ла-йме, прокуратор удаляет Мойшу в Сан Франциско.
Оставалось это продиктовать моду.

Супермодератор поднял глаза на арестанта и
увидел, что возле того столбом загорелась пыль.
- Все о нем? - спросил Пилатес у секретаря.
- Нет, к сожалению, - неожиданно ответил секретарь и подал Пилату
другое ЛС.
- Что еще там? - спросил Пилат и нахмурился.
Прочитав поданное, он изменился в лице. Темная ли кровь
прилила к шее и лицу или случилось что-либо другое, но только кожа его утратила желтизну, побурела, а глаза как будто провалились.
Опять-таки виновата была, вероятно, кровь, прилившая к вискам и
застучавшая в них, только у супермодератора что-то случилось со зрением. Так, померещилось ему, что голова арестанта уплыла куда-то, а вместо нее появилась другая. На этой плешивой голове сидел редкозубый золотой венец; на лбу была круглая язва, разъедающая кожу и смазанная мазью; запавший беззубый
рот с отвисшей нижней капризною губой. Пилатесу показалось, что исчезли розовые колонны балкона и кровли Голливуда вдали, внизу за садом. И со слухом совершилось что-то странное, как будто вдали проиграли негромко и грозно трубы и очень явственно послышался носовой голос, надменно тянущий слова: "Закон об оскорблении величества..."

Мысли понеслись короткие, бессвязные и необыкновенные: "Погиб!", потом:
"Погибли!.." И какая-то совсем нелепая среди них о каком-то долженствующем
непременно быть - и с кем?! - бессмертии, причем бессмертие почему-то вызывало нестерпимую тоску.



(продолжение следует)

[Baraban]

Alex, mne tak mnogo da yescho po russki ne prochest'! :)

потрудитесь пользоваться транслитом. впредь подобные сообщения будут удаляться.
LA

[Порyчик]

Алекс, ну я не понял, я труп чи ни?

[alex korolev]

Алекс, ну я не понял, я труп чи ни?

Это роман о бессмертии. :)
Jake, рид мальнькими партс. :34:
Ангел! Барабанщик наш чел. :53:

[alex korolev]

Н.И.Босой, председатель жилищного товарищества дома N302-бис на Санта Моника Бульваре, где проживал разжалованный модератор БЕРлиоЗОН, находился в страшнейших хлопотах, начиная с предыдущей ночи.

В полночь, приехала комиссия, вызывала Никанора Ивановича, сообщила ему о снятии
Берзона с модераторов форума и вместе с ним отправилась в квартиру N 50.
Там было произведено опечатание постов и лички бывшего мода. Простых юзеров на форуме еще не было.
Комиссия объявила Никанору Ивановичу, что рукописи будут взяты для разборок в модераторском разделе, что имущество
то есть три комнаты, идут в распоряжение жилтоварищества, а вещи покойного подлежат хранению на
указанной жилплощади, впредь до объявления наследников.

Весть распространилась по форуму с какою-то сверхъестественной быстротою, и юзеры уже с семи часов утра начали писать в личку, а затем и лично являться с заявлениями, в которых
содержались претензии на должность и жилплощадь разжалованного мода. И в течение двух часов
Никанор Иванович принял таких заявлений сорок три штуки.
В них заключались мольбы, угрозы, кляузы, доносы, обещания произвести
ремонт компов всем модам и админам на свой счет, указания на невозможность мирного
сосуществования с нарушителями правил на одном форуме и бандитами.
Мука эта продолжалась до начала первого часа дня, когда Никанор
Иванович просто сбежал от компа. Кое-как отбившись от тех, что следовали за ним
Никанор Иванович скрылся в шестом подъезде и поднялся на пятый этаж, где и
находилась эта квартира N 50.

Отдышавшись тучный Никанор Иванович позвонил, но ему никто
не ответил. Он позвонил еще раз, начал ворчать и тихонько
ругаться. Не открыли. Терпение лопнуло, и он,
достав из кармана связку админовских модовских кодов, властной рукою взломал логон и вошел в систему.
- Эй, - прокричал Никанор Иванович. Никто не отозвался.
Тогда Никанор Иванович освободил дверь кабинета от печати, вынул из
портфеля складной метр и шагнул в кабинет.
Шагнуть-то он шагнул, но остановился в изумлении в дверях и даже
вздрогнул.
За столом сидел неизвестный, тощий и длинный в клетчатом пиджачке, в жокейской шапочке
и с лорнетом.
- Вы кто такой будете, гражданин? - испуганно спросил Никанор
Иванович.
- Ба! Никанор Иванович, - заорал неожиданный гражданин и, вскочив, приветствовал
председателя насильственным и внезапным рукопожатием. Приветствие не обрадовало
Никанора Ивановича.
- Я извиняюсь, - заговорил он подозрительно, - вы кто такой будете?
Вы - на форуме лицо официальное?
- Эх, Никанор Иванович! - задушевно воскликнул неизвестный. - Что
такое официальное лицо или неофициальное? Все это зависит от того, с какой
точки зрения смотреть на предмет, все это, Никанор Иванович, условно и
зыбко. Сегодня я неофициальное лицо, а завтра, глядишь, официальное! А
бывает и наоборот, Никанор Иванович. И еще как бывает!
Рассуждение это ни в какой степени не удовлетворило председателя. Будучи по природе
вообще подозрительным, он заключил, что разглагольствующий перед ним гражданин -- лицо именно
неофициальное, а пожалуй, и праздное.
- Да вы кто такой будете? Как ваша фамилия? - все суровее стал
спрашивать председатель и даже стал наступать на неизвестного.
- Фамилия моя, - ничуть не смущаясь суровостью, отозвался гражданин,
- ну, скажем, Ковровлев. Да не хотите ли закусить, Никанор Иванович? Без
церемоний! А?
- Я извиняюсь, - уже негодуя, заговорил Никанор Иванович, - какие
тут закуски! (Нужно признаться, хоть это и неприятно, что Никанор Иванович
был по натуре несколько грубоват). - На половине Берзона сидеть не
разрешается! Вы что здесь делаете?
- Да вы присаживайтесь, Никанор Иванович, - нисколько не теряясь,
орал гражданин и начал юлить, предлагая председателю кресло.
Совершенно освирепев, Никанор Иванович отверг кресло и завопил:

- Да кто вы такой?
- Я, изволите ли видеть, состою переводчиком при особе иностранца,
имеющего официальный ник на форуме, - отрекомендовался назвавший себя
Королевым и щелкнул каблуком рыжего нечищенного ботинка.
Никанор Иванович открыл рот. Наличность какого-то иностранца, да еще с
переводчиком, на форуме явилась для него совершеннейшим сюрпризом, и
он потребовал объяснений.
Королев охотно объяснился. Иностранный артист господин Ворланд был
приглашен директором Эстрады Богданом Степановичем Лихоёдовым
примерно на недельку, у него на форуме о чем
он еще вчера написал Никанору Ивановичу, с просьбой прописать иностранца
временно, покуда сам Лихоёдов съездит в на Гавайи.


(продолжение следут)

[EUROPEAN]

А там про меня есть что-нибудь, а то очень много надо читать? :lol: